Премьера алтайской экологической пьесы с антрактом

Николай ВИТОВЦЕВ
06.10.2021

Просмотров:

338



На следующий день после Алтайского экологического форума, обозначенного также как «Умный Алтай» (начало здесь), при общении с его участниками отметил, что часть из них крайне удивлена скупыми сообщениями по поводу грандиозного, на их взгляд, события. В самом деле, почему в региональных СМИ, не говоря о федеральных, «Умный Алтай» остался по большому счету незамеченным?

Оппозиция намечала на осень серию акций, направленных на досрочную отставку главы республики Олега Хорохордина. Вместо этого — «Умный Алтай» и гарантированный рост его курса акций на политизированной «Бирже губернаторов».

В Сети есть много упоминаний, так или иначе связанных с организаторами нынешнего форума. В частности, интересно рассказывается о конференции, открытой 28.11.02 в Санкт-Петербурге компанией «Альт». Ее основательница Ирина Смолко, обращаясь к гостям, заметила, что собирает аналитиков «не первый раз». С ее слов, суть работы компании — «помощь руководителю в принятии сложных решений».

На вершине нет формул, размышляла Ирина Аркадиевна с трибуны той конференции, но всегда есть «единственно правильный путь». А определяется он «взглядом человека, который направляет других». И далее – интересная мысль, в которой чувствуется некое предвосхищение Алтайского форума: «Ему приходится смотреть в будущее и создавать то, чего еще нет». По большому счету, это как бы предчувствие, связанное с появлением на ее пути такого руководителя, как Хорохордин.

Он действительно смотрит в будущее и создаёт нечто еще нигде невиданное — об этом много говорилось по ходу форума. Мало решить, куда ты идешь (читаем далее у И.Смолко). Как сделать так, чтобы усилия по направлению в будущее не были усилиями одного человека? Понятно, как раз тут нужны пиарщики, имиджмейкеры и другая публика для поддержки рейтингов.  

Об этом мы много писали в своих исследованиях и статьях, признавалась Ирина Смолко, подчеркивая лишь один вывод: людям должно быть интересно. Интерес — мощнейший стимул для преодоления любых препятствий.  Будущее рождается в головах людей. Суть нового консалтинга — уметь задавать уникальные вопросы о будущем, учила Ирина Аркадиевна. Они не вытекают из анализа, их нельзя напрямую перенести из других ситуаций, из успешных примеров управления. Консультант, который так работает, должен понимать, что людям мало одного лишь «интересного» — им надо «пережить что-то», а для этого надо «устраивать события». Такие, надо полагать, как «Умный Алтай», в которых опыт консультанта искусно дополняется навыками продюсирования.

На конференции «Управление в России: зачем мы нужны миру?» (2002) под эгидой ИКФ «Альт» ответов на главный вопрос конференции звучало много — хороших и разных. Кто-то шутил: «Чтобы сделать мир веселее», - поясняя свою шутку на примере поставок нефтегазового оборудования в Румынию. «Чтобы предложить новый продукт», - отвечал другой, обещая, что мотоциклы «Урал» в Америке (!) скоро будем продавать под слоганом «Настоящий мотоцикл, настоящий завод, настоящий снег». Вот откуда, оказывается, взялось «всё настоящее» у степного Алтая.

Но всё же самый интересный для нашего случая ответ дал Игорь Беккер, руководитель «КомиЛеснойКомпании», которого Ирина Смолко представила еще тогда, около 20 лет назад, как соавтора названия конференции, т.е. именно он озадачил её участников логичным вопросом: зачем мы нужны миру? И сам же ответил: «Чтобы сотрудничать». Ответ показался ее организаторам просто блестящим.

Сотрудничать в интересах друг друга — это тоже бизнес, и ещё какой. Как раз в это время г-н Беккер выстраивал гениальную, как ему казалось, схему сотрудничества мирового масштаба.



В МАРТЕ 2002-го основной собственник Пермского фанерного комбината (ПФК, на снимке) Юрий Гончар и владелец Жешартского фанерного комбината (ЖФК, пос. Жешарт, Республика Коми) Игорь Беккер объявили о создании фанерного холдинга, намереваясь контролировать 20% российского производства фанеры и 15% рынка древесно-стружечных плит. Подтверждением общих интересов на более высоком уровне стало создание в Москве Коми-Пермской лесной компании (КПЛК). Её президентом стал ген. директор Жешартского комбината Игорь Беккер.

Около 20% акций ЖФК стали собственностью ПФК, а около 40% акций ПФК выкупили немецкие оффшорные компании Forest Industribetailigungs GmbH и MB Holzprodukte GmbH, которые контролировал вездесущий Игорь Беккер. Любопытно, однако, что весь пакет акций был продан за символическую сумму 10 миллионов рублей — хотя цена комбината, по утверждениям экспертов, гораздо выше 1,5 млрд.

На конференциях, которые проводила Ирина Смолко для новых собственников «красных» предприятий, обсуждались новые понятия, возникшие за это время в сфере управления. Ирина Аркадиевна формулировала и старалась донести до своих клиентов понятие «нового консалтинга». Мутноватый «менеджмент пятого уровня» вызывал споры и разногласия среди конкретных мужиков, не ведавших о пользе чтения таких книг, например, как «От хорошего к великому» сэра Коллинза.

Чему научился у неё «лесной король» из Республики Коми, сказать трудно. Где-то через год после учебы будущему «экологисту» пришлось нелегко. Против объединения двух предприятий выступили миноритарные акционеры ПФК из Пермской лесопромышленной компании (ПЛК), которой принадлежал 1% акций комбината. Но именно этот процент оказался в итоге той самой костью в горле, что не дала г-ну Беккеру и его немецким камрадам проглотить лакомый ПФК.

«Российская газета» в марте 2004-го сообщала: когда лесопромышленная компания получила доступ к финансовым документам комбината, то обнаружила, что все его средства на протяжении 2003 года выводились за пределы Пермской области и оседали на счетах фирмы, которая зарегистрирована в Лихтенштейне. И выстроил эту схему не кто иной как нынешний «экологист» Игорь Беккер.

Во второй день Алтайского форума в актовом зале ГАГУ г-н Беккер был отрекомендован как человек, который «очень любит лес». Ирина Смолко представила его как бескорыстного мецената, отчетливо представляющего проблемы экологии, устойчивого развития, «зеленой экономики» и т.д. В общем, без него этого форума и не было бы. Насторожило другое: зачем приезжал г-н Беккер в леса Горного Алтая только в этом году уже три раза? Может, есть какие-то ответы в его пермском досье?

Пишут, что полномочия по управлению «Пермским фанерным комбинатом» с появлением партнеров из Коми были переданы московскому ООО «Коми-Пермская лесная компания», во главе которого оказался ушлый Беккер. И вот эта контора получила право продавать всю (!) продукцию пермского комбината. Она не вела абсолютно никакой производственной деятельности, просто передавала всю фанеру и ДСП в пользу московского ООО «United Panel Group», учрежденного в Лихтенштейне. Чисто конкретный менеджмент в русском прочтении сэра Коллинза!

В общем, на экспорт пермская фанера с появлением г-на Беккера стала улетать со свистом через дочерний иностранный оффшор и через еще одну подставную фирму (тоже не без участия г-на Беккера), которую учредила опять-таки иностранная компания Metron Wood Industrial Ltd. Фактически после внедрения этой «схемы» пермский комбинат стал отдавать свою прибыль бесчисленным посредникам внутри России и за «бугром», а рулил ими изобретательный Игорь Беккер.



С ПЕРЕХОДОМ на новую стезю кинопродюсирования Ирину Смолко тоже волновал вопрос о подобающих ее уровню схемах финансирования, и вот как она рассказывала об этом в одном из увлекательных интервью: «Я на  мастер-классах во ВГИКе постоянно его задавала первым лицам кинокомпаний, подчеркивая, что не надо мне никаких секретов, скажите одну схему...» А те не говорили, сурово молчали и держали все секреты при себе. Она понимала, конечно, что «сама структура сделки должна быть понятной для профессиональных инвесторов. Это должен быть не простой договор, где ты пишешь: если прибыль будет, то, может быть, часть ее я вам верну». Что-то на уровне «другого кино», если можно так выразиться: с одной стороны, в нём что-то есть, а с другой — вроде бы и нет ничего.

Накануне съёмок фильма «Стартап» Ирина Смолко определила его жанр как своего рода «интеллектуальный экшн». Она размышляла: если раньше инженер стоял за кульманом, создавал что-то, что ещё как-то понятно на бумаге, а дальше это становилось заводами, газетами, пароходами, то «сейчас это всё делается в виртуальной реальности». И, пожалуй, уже тогда ответ на вопрос — что же важнее: само событие или «картинка» с него? — стал очевидным.

На сайте Газета.ру материал с цитатой из ее интервью в заглавии «Умный всегда побеждает сильного» получил сотни «лайков» в Фейсбуке, это был для Ирины Смолко «очень серьёзный показатель». Видать, поэтому Хорохордин с его «Сильным Алтаем», по словам организаторов, настороженно встретил их с идеей «Умного Алтая». Но ему, как и всем, тоже нужна красивая «картинка».

По какой схеме шла работа с его правительством, пока не разглашается. Но если даже г-ну Беккеру удалось очаровать своей «схемой» клерков из Лихтенштейна, то в случае с первыми фильмами у Ирины Смолко консультантом и советчиком тоже фигурировал человек весьма непростой: «В кино я не нашла у кого спросить, а в той сфере, в которой я до этого работала, для меня авторитетом был Каха Бендукидзе, его я и спросила. Он мне предложил как раз ту схему, которую, я считаю, можно будет реализовать». Что это за схема, предложенная матёрым авторитетом, оставим пока за скобками, вернёмся к г-ну Беккеру, который получал азы консалтинга и менеджмента на конференциях Ирины Смолко.

«Российская газета» где-то через год после ее интервью про «схему» от Кахи Бендукидзе цитировала одного из руководителей ПФК: предприятие не собирается отдавать законно заработанные деньги таким проходимцам, как г-н Беккер. Поэтому было решено обратиться во все вышестоящие органы с просьбой остановить вывод активов, а также разобраться во всех «схемах» г-на Беккера и его подельников, вплоть до возбуждения против них уголовных дел.

В арбитражном процессе выяснилось, что при продаже акций немецким фирмам руководство ПФК в интересах хитроумного Беккера проигнорировало преимущественное право остальных акционеров ЗАО на выкуп бумаг, и суд восстановил это право за ПЛК.

Как писал «Ъ», именно эти события спровоцировали г-на Беккера на рейдерскую атаку. Боясь потерять влияние на ПФК, он стал играть на опережение, чтобы оттереть от управления ПФК своего партнера по холдингу. Представители Беккера нашли такой суд, где охотно признали его основным собственником комбината. В нашей судейской практике такие «услуги» — сплошь и рядом.

В начале апреля 2004-го в приемную ПФК поступила телефонограмма из службы судебных приставов. Предупредили, что идут на комбинат, чтобы обеспечить исполнение судебного решения, принятого где-то в Нытве. Злосчастный партнер Беккера забаррикадировался в своем кабинете, приказав службе безопасности и пожарному отряду ПФК перекрыть все подходы к предприятию.

А когда «очень любящий лес» Игорь Беккер со своей охраной попытался вломиться на территорию комбината, отпор получил нешутейный. В результате рукопашного боя трое рабочих были доставлены в поселковую больницу с черепно-мозговыми травмами и многочисленными ушибами. Беккеру с его охранниками пришлось отсиживаться в автомобилях в районе ПФК почти до полуночи.

Юрий Гончар отказывался комментировать «Ъ» события вокруг ПФК. Он не мог поверить, что рейдерскую атаку предпринял его деловой партнер Беккер. В Пермской лесопромышленной компании также заявили «Ъ», что действия г-на Беккера стали полной неожиданностью, писали также, что иначе, как «удар ножом в спину», его действия и не назвать.

В рекламном ролике, снятом к Алтайскому экологическому форуму, словоохотливый Игорь Беккер, если смотреть внимательно, производит впечатление человека нервного и, может, даже неуравновешенного. Трудно сказать, был ли он жертвой «нового консалтинга» или «менеджмента пятого уровня», но вечером 26 мая 2004-го он едва не взлетел на воздух. Преступники грамотно выбирали место для покушения — забор между двумя «лежачими полицейскими», где машина «лесного короля» обычно притормаживала. Из-за забора под машину бросили безоболочное взрывное устройство… К счастью, всё обошлось благополучно. Сам Игорь Викторович квалифицировал это «обычным хулиганством».

Взрыв прогремел 26-го, а на следующий день арбитражный суд Пермской области окончательно восстановил полномочия Коми-Пермской лесной компании как единоличного исполнительного органа ЗАО ПФК и фактически признал незаконным «собрание акционеров», назначенное на 28 мая. Версия о том, что кому-то хотелось свести счеты с незадачливым рейдером, так и осталась висячей, а г-н Беккер пролетел со своей фанерой мимо Перми.



ЧТО ЖЕ ЗАСТАВИЛО его спонсировать Алтайский экологический форум? Судя по более поздним сообщениям, Сбербанк через суд взыскал со структур Игоря Беккера более двух миллиардов рублей по кредитам ЖФК (того самого, бывшего «совладельца» пермской фанеры). Задолженность по кредитам тянулась с 2005 года.

Позднее в рамках дела о банкротстве ЖФК стороны заключили мировое соглашение, по которому был составлен график реструктуризации задолженности комбината до 2016 года, а когда платежи по графику поступать перестали, Сбер Грефа обратился в арбитраж, и мировое соглашение было расторгнуто. Всё, что создавалось Игорем Беккером в течение многих лет, пошло с молотка.

При этом ООО «Торговый дом «Юнайтед Панел Групп» и ЗАО «Коми лесная компания» так и принадлежат зарегистрированной в Германии организации СП Хольцплатте ГмбХ. По сути, на форуме в Горно-Алтайске в лице г-на Беккера присутствовал иностранный агент, и никого это не смущало. Наоборот, встречали как самого желанного гостя, который «очень любит лес».

Во второй день Алтайского форума собравшихся в актовом зале ГАГУ слегка изумило то, что главного организатора Ирину Смолко и.о. ректора по-свойски называл Иришей. Вроде бы понятно, что еще в апреле этого года на сайте ГАГУ анонсировалась творческая встреча со специальным гостем университета — продюсером Ириной Смолко. Но интересно другое: на встречу с ней ждали всех, кто хотел бы услышать, «какие еще проекты по осознанию современной реальности нашей страны ей удалось запустить».

Один из её проектов, как мы уже видели — цикл конференций по менеджменту и консалтингу. На одной из них с докладом на тему «Пора ли собственникам отходить от оперативного управления?» выступил Виталий Недельский, работавший тогда в ОАО «Комбинат органического синтеза» (Москва).

«Для становления цивилизованного рынка еще прошло очень мало времени. Мы, конечно, быстро учимся, но общественные процессы, как и взросление ребенка, имеют свои этапы, которые не перепрыгнуть. Должны смениться поколения. Есть такой биологический закон - изменения закрепляются в третьем поколении. Оно сейчас учится в школе. Осталось подождать лет двадцать...» Так говорил на её конференции нынешний и.о. ректора ГАГУ Виталий Недельский.

Если учесть, что его слова сказаны поздней осенью 2002-го, а сейчас на календаре осень 2021-го, то получается — время новых переделов собственности уже подошло?

Фото: altai-republic.ru & vega-beton

Василий 14.10.2021 в 10:32 # Ответить
Вот что значит нет своих ректоров. Настоящих. Думающих и болеющих за свое дело. У нас же наука, техголлгии, практические результаты, подготовка соответствующих кадров- все рядом: Новосибирск, Томск, Красноярск, Барнаул и др. Только с ними надо сотрудничать! А то в облаках летаем и только смотрим как "умные" успевают...
Наталья Токова 16.10.2021 в 09:42 # Ответить
Мы сразу определили цель форума... используют Алтай только для своих корыстных целей. Им глубоко плевать на Народ и природу Алтая. Руководству республики нужно внимательно относиться к подобным мероприятиям. Пора уже научиться различать всякого рода банных беккеров и прочих предателей России от народа. Неужели это сложно! Под видом "спасения' Алтая лезут во все щели.....

Добавить комментарий


Как Вы считаете, опыт какой из зарубежных стран подходит больше всего для развития туризма в Горном Алтае?