Хамбо Лама Д.Аюшеев об итогах визита на Алтай

Николай Витовцев
16.09.2015

Просмотров:

26995



В районах республики и, конечно, в Горно-Алтайске в эти дни продолжается обсуждение итогов официального визита главы Буддийской традиционной сангхи России, Хамбо Ламы Д.Аюшеева, обсуждаются также перспективы строительства буддийского храма при въезде в республику. Каким был этот визит, и чем он запомнился нашим гостям из Бурятии? С этих вопросов началась наша беседа с Его Святейшеством.

- В общении с алтайцами я увидел, насколько это возвышенный народ, в разговорах с ними я видел желание сравниться с горами, каждая из которых воспринимается как Аил, и мне было приятно видеть в их настроениях оптимизм, веру в будущее. На обыденном уровне у алтайского народа всё сейчас есть, но в цивилизационном плане наступает время выбора между тремя мировыми религиями. Каким будет этот выбор? Всё зависит только от самого народа, его лидеров и выразителей народных чаяний.

В середине 90-х годов у меня начались первые встречи с алтайцами – как в Москве, так и у нас в Иволгинском дацане, куда стали приезжать первые ученики из Горного Алтая. Могу сказать, что уже около 20-ти лет со стороны алтайцев мы всегда чувствовали только поддержку во всех наших делах. Мне повезло в том, что я общался все эти годы с лучшими представителями алтайского народа, и я помню, как испытал самый настоящий шок, когда к нам на учебу приехал Сарымай Урчимаев, и как однажды он вышел на сцену и запел…

- С легкой руки нашего брата-журналиста Сарымая называют «поющим ламой»…

- Да, именно так. Я помню, как нас приглашали приехать в Горный Алтай еще в те годы, но я сейчас не могу надолго уезжать; мой долг – находиться рядом с Хамбо ламой Итигэловым. Приглашают в Китай, Индию, другие страны, но я вынужден отказываться, потому что после встречи с Итигэловым я там больше ничего не увижу.

В разные годы бывал в Туве, Калмыкии, а здесь ни разу не был. Друзья и ученики настойчиво звали меня на Алтай, и я находился в раздумье – ехать или не ехать? Мне сказали в дацане: надо ехать. Сначала моя поездка намечалась на август, но в итоге выбрали первую половину сентября. Я должен вернуть свой долг алтайским буддистам. Они бывают у нас очень часто, и я не мог ответить отказом на их настойчивые приглашения, тем более, что были получены официальные приглашения от руководства республики.

Я приехал, чтобы посмотреть, чем вызван растущий интерес к нашей вере внутри алтайского народа, и сожалею, что не был у вас раньше. Такой природы и таких гор я нигде еще не видел, и их влияние на людей огромно. Выступая в Национальном музее имени А.В. Анохина, я говорил о том, что бурятский народ сможет объединиться только вокруг буддизма; не будет у нас единой религии – и нас разорвут, никто не будет жалеть народ, который неспособен объединиться. И еще я говорил о том, что если ламы не будут помогать своему народу, то придут какие-нибудь сектанты и уведут за собой наших людей.

Я всегда говорю своим ламам: нам нельзя забывать, что мы – лидеры своего народа; мы обязаны отвечать за свой народ, в отличие от чиновников. И в этом смысле мне очень интересно понять алтайский народ – только тогда я смогу вам помочь.



- Но, может быть, здесь в республике наблюдается не просто интерес к буддизму, а происходит возвращение к той вере, которая оказалась забытой на какое-то время? При посещении трех районов республики какие свидетельства Вы увидели из тех давних времён, которые подтверждают, что действительно эта вера здесь была, и она сохранилась? Может, Вы видели что-то в Национальном музее или, может, в верховьях Каярлыка, или в районе Кокори, а может, Вы увидели что-то другое?

- Для меня многое из увиденного здесь стало откровением. Когда меня привезли в Каярлык и подняли на священную гору, я даже представить себе не мог, что же меня ждёт там. Я увидел сложенное из камней основание в виде мандалы, камни было уложены точно так же, как под фундаменты буддийских храмов – я был поражён… Это огромный труд – поднять на такую высоту эти камни и потом их сложить в строгом соответствии с буддийскими канонами – так аккуратно и основательно. Да, это буддийская мандала в основании храма, и для меня нет никаких сомнений в том, что там проводил моления великий лама.

Невозможно представить, что атеисты или язычники смогли поднять на эту гору такое количество камней и построить такое правильное основание для курее. Это лишь подтверждает, что в Каярлыке еще до XVIII века жили буддисты, и мы должны понимать, что такой великий труд могли совершить только последователи Будды. Более того, это могли совершить только жители Каярлыка и других соседних селений, и, конечно, среди них жили ламы.

Мне рассказывали о просветителе Бооре, который учился в Тибете, и у него были последователи, были ученики. О чем это свидетельствует? Только о том, что с него начиналась история других сел, расположенных по соседству с Каярлыком.

- Ваше Святейшество, можно ли связывать историю буддизма в Горном Алтае только с ойратским периодом или, точнее, это в большей степени влияние из Монголии, Тибета?

- Многие названия алтайских деревень я могу легко переводить с монгольского. Конечно же, здесь были монголы (или ойраты), и они, будучи по своей вере буддистами, тоже оказывали влияние на алтайский народ. Когда мы поднялись в Кош-Агачский район и там в Кокоре увидели в музее Края Бидинова буддийские инструменты и предметы культа, это тоже указывало на ту религию, которую исповедовали местные жители. Тем более, нам рассказывали о судьбе зайсана Очурдяпа, показали место возле Кокори, где стоял буддийский храм, называли имена местных жителей, общепринятые в буддийском мире. На следующий день в Усть-Канском районе нам показывали субурган, возведенный в Экинуре, и рассказывали о статуэтке Будды, найденной при ремонте дороги.

- А во время посещения Национального музея республики Вам показывали что-либо из буддийских реликвий?

- Нет, там мне ничего не показывали, хотя позднее я услышал о том, что в музейных запасниках очень много таких предметов, найденных в Горном Алтае в разные годы. Вера Егоровна Аларушкина, жительница Экинура, совершила настоящий буддийский подвиг, поставив у себя на усадьбе субурган, который я освятил. Субурган был построен на средства жителей села, и это тоже факт: буддизм в этом селе был, есть и будет.

И еще что я заметил: когда разговариваешь с соседями-якутами, так или иначе возникает тема тюркоязычности; тувинцы любят говорить о своей самобытности, имея в виду влияние монгольской культуры. А здесь в Горном Алтае люди просто говорят о своей принадлежности к тюрко-монгольскому миру, и тем самым они подтверждают, что алтайский народ находится на более высоком уровне. Скажу больше: Республика Алтай сегодня в состоянии объединить два мира – тюркский и монгольский. Это свидетельствует о высоком духовном потенциале народа, который мог бы стать мостом между этими мирами.



- Это и есть, наверное, проявление тех традиций, которые идут к нам из эпохи Джунгарского ханства. Они здесь сохранились, и, может быть, только здесь…

- Да, только здесь. И в этом отношении я могу сказать, что остальные тюркские народы таким же богатством не обладают. А здесь оно сохранилось – как и общая наша память о временах Ойратского государства. До определенного времени алтайский народ считался ойратами, и если это название сохранилось бы до сегодняшнего времени, то никаких проблем между нами не было бы. Я мог бы войти в любой дом и сказать: «Здравствуй, дорогой брат!» Потому что в монгольском мире ойраты – это близкий и родственный народ, и даже если язык разный, то у нас все равно есть что-то общее. А когда переименовали народ в алтайцев, он во многом потерял свою идентичность для буддийского мира.

- Противники возрождения буддизма в Горном Алтае часто говорят о том, что эта вера делает человека слабым. Хамбо лама, что Вы могли бы сказать по этому поводу?

- Я думаю, что во всем мире сегодня нет человека сильнее, чем Хамбо лама Итигэлов. Человек, который победил время и который имеет сегодня влияние на миллионы людей и укрепляет их веру в учение Будды.
Когда мне говорят, что буддисты – это слабые, отрешенные от реальной жизни люди, я предлагаю посмотреть на Японию, Корею, Китай, на другие страны – Таиланд, Непал, Шри-Ланка… Я не думаю, что народы, принявшие буддизм, стали слабее физически или духовно. Я не верю в это. Неужели мой бурятский народ что-то потерял с переходом в буддийскую веру? Если мы стали понимать мир более глубоко, стали более грамотными и образованными, и если среди нас есть ламы, достигающие состояния бодхисаттвы, ищут пути к Просветлению – это же очень тяжелый труд, и слабым он не под силу. Я могу сказать всем неверующим: буддизм – это достижение; это особая цивилизация. К нему надо идти да идти. И по этому пути слабые не дойдут. Слабым туда дороги нет. А те, что ищут в буддизме какую-то «слабость», на самом деле сами слабы.

- Ваше Святейшество, после всех встреч в Горном Алтае как бы выразили Вы то, что происходило здесь у нас в 1904 году? Это было национально-освободительное движение или это было все-таки возвращение к забытым корням, к буддизму? Вернее даже, каким показалось Вам коллективное мнение людей, с которыми довелось в эти дни общаться?

- Если обратиться к истории ойратов, то мы увидим, что они были вовлечены во все процессы, происходившие в Центральной Азии в XVI-XVIII веках, это было общение со всеми народами, входившими с состав их государства, а после падения Джунгарского ханства сюда в Горный Алтай пришла часть ойратов из того, большого мира. С другой стороны, алтайские калмыки никогда не жили замкнуто и были прекрасно осведомлены обо всем, что происходило на сопредельных территориях.

Когда у нас в Иркутской губернии в 1904 году Агван Доржиев решил строить буддийский дацан, кто стал ему помогать в этом? Купцы, которые торговали с Китаем и Монголией. Они доходили до этих стран и видели, что есть другой мир – буддийский. И когда Агван Доржиев сказал: «А не пора ли, дорогие соотечественники, прийти в новую цивилизацию?» - именно в тот момент началось духовное преображение иркутских бурят, которые все время гордились своей приверженностью к шаманизму.

В это трудно поверить, но вчерашние шаманисты успели построить в Иркутской губернии 6 буддийских дацанов, и если бы не революция 1917 года…

Передовые люди, которые занимались торговлей, прекрасно понимали, что такое буддизм. И здесь на Алтае братья Кульджины это тоже понимали лучше других. Кто-нибудь скажет сегодня, что они были противниками буддизма? Ойраты видели все три мира – христианский, исламский и буддийский; и у них всегда был выбор: к какой религии они ближе по своему менталитету?



- И все же где нам искать корни легенды об Ойрот-хане, которого ждали в 1904 году на Алтае? Мы можем вспомнить, что именно в этом году из Тибета бежал Далай-лама, и он мог появиться как на Байкале, так и у нас в горах Алтая. Не было ли связано ожидание Ойрот-хана в 1904 году с передвижением буддийского иерарха в сторону России?

- Да, именно так. Если бы ойраты (алтайские калмыки) были безбожниками, то возникает вопрос: почему вдруг они так дружно собрались и стали встречать Ойрот-хана? Это что за безграмотный и «темный» такой народ, который собрался встречать непонятно кого? Вместо того, чтобы согласиться - да, алтайский народ всегда знал о буддизме и знал, кто такой Далай-лама – царские власти пошли на поводу у невежд. Увы, это так…

Давайте задумаемся: почему вдруг кан-каракольцы так резко стали «бурханистами»? Кто объяснит мне этот феномен? Если бы они были шаманистами, но они вообще не знали бы ничего об этом. В жизни не бывает случайностей по законам Кармы, и когда я еду сейчас по Алтаю, обсуждаю эти моменты с местными жителями, я ведь вижу, какой живой интерес они вызывают…

- Хотелось бы узнать, Ваше Святейшество, какой из всех вопросов, заданных во время поездки, поразил Вас больше всего?

- В Онгудае меня попросили рассказать о Хамбо ламе Итигэлове. Но не этот вопрос меня поразил. Мы не можем многого требовать от поколения, которое выросло, не видя лам в повседневной жизни. Когда я появился в Кокоре, то некоторые жители были просто в шоке: как это случилось и почему? Они во многих случаях не знают даже, как обратиться ко мне, и какой вопрос задать. В деревнях спрашивали часто о вещах вроде бы малозначительных, но ставили свои вопросы таким образом, что я всякий раз удивлялся и видел, что буддизм здесь всегда был. Вот что удивительно!

Мне показывали какие-то вещи и предметы, просили назвать, что это такое и для чего, хотя сами прекрасно знали заранее, что я им отвечу. Словами это трудно передать. В этом, наверное, и есть главная уникальность алтайского народа: они просто подводят меня к чему-то… Но к чему? Этого я еще не осознал.

Они говорили мне: подтвердите, что это буддийское. Я им отвечал: да, это буддийское. Но им хочется слышать больше. Вот что интересно!

- Во время поездки Вам приходилось общаться с так называемыми «каракольцами». Они утверждают, что сейчас в республике насаждается буддийская вера. Что можно сказать по этому поводу?

- Да, они тоже задавали мне свои вопросы. Один из них, молодой человек, удивил меня своим вопросом: «Откуда произошла Земля?» Я сказал ему, что не знаю этого; я сам хотел бы получить ответ на столь непростой вопрос. И когда он сказал мне, что знает это (а ему нет еще и 30-ти лет), я ему ответил: «Дорогой, если ты это знаешь, то это открытие – уровня Нобелевской премии. Иди, пожалуйста, и защищайся, претендуй на эту премию…»  Но вопрос в другом: как можно утверждать, что такие вещи доступны для обыденного понимания?

Ещё один вопрос, который был задан, начинался с их утверждения: «Мы – дети природы». И что из этого? Все люди обязаны своим появлением природе, и все ее любят. Но причем здесь буддизм, который якобы мешает им любить алтайскую природу?

Две крайности: один говорит, что знает, откуда взялась Земля, но при этом он почему-то не любит буддистов - а другой заявляет, что любит природу, но не любит буддизм. То есть я так и не понял этих людей. Не понял, есть ли у них хоть какие-то представления о буддизме. Со своими проблемами они идут в буддизм, но точно так же они могут прийти с ними в любую другую религию.

На снимке: во время закладки камня в основание буддийского храма в Майме



- В чем их ошибка?

- Я хотел бы поразмышлять над этим с точки зрения буддиста. Если какой-то человек мешает другим идти к учению Будды, или к любому другому учению, это считается самым тяжким грехом. И место такому человеку в будущей жизни только в аду, потому что самый страшный враг для человека – это его невежество. Тем более мне непонятно, когда этим невежеством начинают гордиться.

Когда я смотрел в глаза этих людей, я был поражен: в них нет радости, нет нормальных человеческих чувств, в их взглядах нет тепла. Вот что страшно.

- Но, может быть, это происходит из-за того, что время сейчас такое?

- Нет, нет, я встречал в своей жизни зомбированных людей, у меня и в Бурятии хватает таких людей, которые приходят и говорят: это я люблю, а это я ненавижу; вы ничего не знаете, а вот я знаю, как устроен этот мир… Они как заговорённые. Иногда у них видишь чёрные круги под глазами, но чаще – потухшие, опустошенные взгляды. Кто зомбирует этих людей? Мне было бы интересно встретиться с этим человеком, сесть с ним напротив друг друга и поговорить о том, что действительно нужно сейчас алтайскому народу.

Это был бы честный разговор. Чего бояться? Зачем присылать на встречи несчастных женщин? Почему бы ему лично не подойти ко мне и не сказать: вот, у меня есть последователи, около ста человек, и мы хотели бы поговорить с вами – но зачем отправлять людей вместо себя и скрываться за их спинами? Это же удел слабых людей.

Почему алтайский народ должен терпеть этих сектантов? Почему они нам угрожали во время поездки? Почему я еду по Республике Алтай, будучи законопослушным гражданином России, а эти «шаманисты» грозят мне дорогу перекрыть, преследуют нас до Кош-Агача, пытаются встречи сорвать? Что это такое? Я для них заяц, что ли, или мальчик для битья?

Если они увидели, что я езжу по Алтаю со своими друзьями, без охраны, и они могли принять это за мою беспомощность, то должен предупредить их: они глубоко в этом заблуждаются. Я такого не видел ещё нигде, и поэтому буду вынужден обсудить эту ситуацию на уровне Президентского Совета.

- Какое из всех впечатлений останется для Вас самым ярким после поездки на Алтай?

- Мне понравился ваш обряд – опоясывать гостя длинным поясом. Вы каждый раз как бы брали меня в свой круг, привязывали к себе, но самое удивительное – отпускали меня с каждым новым поясом. Вы давали мне возможность войти в ваш круг и в то же время оставляли каждый раз свободным. Я вижу в этом большой сакральный смысл. Ни в одном народе я не видел до сих пор ничего подобного. Скажу больше: в нынешних условиях вряд ли кто еще дорастет до такого обряда почитания гостей. Такие обряды надо беречь и сохранять; в них не только прошлое, но и будущее вашего народа.

Фото: Евгений Бутушев.



Метки

Солтон 18.09.2015 в 14:29 # Ответить
Отличная статья
байсура 21.09.2015 в 15:17 # Ответить
У людей конечно будут затухшие, опустошенные глаза, когда им навязывают не свое, а чужое... Было бы свое родное, то у них в глазах загорелись бы эти глаза.
04 27.09.2015 в 05:50 # Ответить
На встречах были сотни действительно заинтересованных людей, а потухшие ,это 30 человек из секты "карокольцев" и на фиг им надо было приходить, даже вопрос толком не сумели задать только орали мы мы!
очир 22.09.2015 в 06:31 # Ответить
у русских тоже "чужое"?
Казангап 30.01.2020 в 19:26 # Ответить
Нет. Очень много русских сейчас по всей стране и за рубежом иностранцев становятся буддистами. Многие с высшим образованием учеными степенями. Буддистами сейчас становятся даже известные в мире люди. Стивен Сигал, Ричард Гир, Ума Турман, Джеки Чан, Брюс Ли, Борис Гребешщиков и др. Потому что буддизм все больше подтверждается открытиями ученых и современной наукой. Кроме этого, буддизм всегда был и сейчас - свободная, прогрессивная и мирная религия. У нее нет врагов, которых надо преследовать. Буддизм не навязывает своих догм никому, никакой релиигии и не пытается обратить других людей в свою паству. Буддизму это не нужно. Потому что не каждый сильный человек способен пойти по пути буддизма. Поэтому привлекать людей в буддизм, Высокие Ламы не советуют. Поэтому, ни в какой стране мира, ни в какие времена, буддизм не занимался агитацией и не насаждался. На Алтае, в том числе.
С.Т. 30.01.2020 в 21:08 # Ответить
согласна с вами, ни одна религия не может быть "чужой", пот. что это личное дело человека и никакой "коллективной" религии не может быть, так я считаю

Добавить комментарий


Как Вы считаете, опыт какой из зарубежных стран подходит больше всего для развития туризма в Горном Алтае?



Алтай Туркластеры Каракольские озера СВО Донбасс VIP-туризм Греф Евтушенков Олег Царев Хорохордин Мир Дикого Запада Охотничий туризм Коммерческая охота Сход в Чемале Германия ЛГБТ Налоги в Гемании Доступная земля Фермеры Республика Алтай Президент России Сидик Афган Год Крысы Олег Хорохордин Кооперация Община Цифровой лагерь Алтайские старообрядцы Долголетие Спецоперация Годовщина СВО Пятая колонна Компрадоры Пчеловодство Алтайский мед Продукция пчеловодства Сон на пчелах Телецкое озеро Артыбаш Манжерок Шантарские острова Блудный сын Люди и звери Гагарин ВКС России Украина Владимир Егуеков Людмила Алтунина ФБА КБ Сухого Елена Блиновская Юбилей на Алтае Марафон желаний Киркоров Лерчек Собчак "Звери" АО МММ Горно-Алтайск Тугая Экологическая столица Владивосток DNS Парк Нагорный Олигархи на Алтае Олигархи Сибирские ГЭС Штаб по национализации энергетики Земельный вопрос Башкортостан Захват земли Золотодобыча Достопримечательности Экология города Горно-Алтайский театр Туризм Кластеры Алтайские традиции Социальный взрыв Павел Иванов Амаду Мамадаков Буддизм Лотосовая сутра Белая вера Виталий Уин Дзюдо Самбо Трудные подростки Дети-герои