От загадок – до сказаний…

Екатерина Сергеева
04.12.2012

Просмотров:

3974



Оказывается, заключительный момент алтайской свадьбы сопряжен с отвариванием головы молодой кобылицы и угощением ею вместе с оставшимся мясом гостей... Гораздо более поэтичным и менее странным мне кажется ритуал, связанный с расплетением кос невесты, снятием девичьих накосных украшений и окроплением волос  молоком. Две косы, заплетенные вновь двумя женщинами, свидетельствовали о том, что она обретает статус замужней женщины. Очень красиво, не правда ли?..

 

 

 

Недавно вышла в свет книга «Алтайская свадьба». Ее автором стала кандидат филологических наук, заслуженный деятель науки РА, вдова известного алтайского поэта – Клавдия Ергековна Укачина. Алтайская свадьба – одна из тем, к которой собирательница и исследовательница фольклора обратилась с целью углубленного анализа обрядовой стороны традиционного у разных народов праздничного действа.

— Клавдия  Ергековна, расскажите, пожалуйста, о новой книге под вашим авторством…

— Невзирая на то, что в советский период алтайский фольклор долгое время пытались «забыть» под тяжестью запретов идеологии, он вновь стал набирать силу в своем проявлении в последние десятилетия. Вновь стали «открываться» и оживать обряды - старшее поколение их отлично помнило, продолжая сохранять традиции. Оно не забыло, как проводить обряды, какие исполнять песни и благопожелания. Фольклор получил второе рождение…

Выпущенная книга – научная работа. Алтайская свадьба получила освещение во многих трудах этнографов. Вместе с обрядами мне хотелось показать их поэтическую составляющую, которой много – в песнях и благопожеланиях.

— Любопытно, как проходили свадьбы у алтайцев в давние времена, и что сохранено от старых традиций сейчас?

— Алтайская свадьба делится на три цикла, и каждая часть сопровождается обрядовой песней и своим благопожеланием… Расскажу о сватовстве, которое  всегда предшествовало свадьбе и требовало соблюдения тайны или внешнего сокрытия намерения. Обычай запрещал называть прямо цель приезда сватов, поэтому песни пелись иносказательно, или их содержание передавалось при помощи музыкальных инструментов. Для дальнейшего успешного сватовства необходимы были «языкастые» находчивые знатоки свадебных обрядов, песен и благопожеланий. Их мастерство должно было склонить родителей невесты к согласию на желанный брак. Иногда сватовство затягивалось. Это происходило в том случае, когда родители не давали согласия. Тогда оно повторялось несколько раз и могло длиться в течение нескольких недель. Посуда и ее содержимое обновлялись. В повторном сватовстве приносили в тажууре кобылье молоко. Такое ритуальное угощение родителей невесты считалось обязательным, и слова благопожеланий произносились вежливо, коленопреклоненно…

Если сватовство шло благополучно, родители невесты принимали молочную водку в пиале. В связи со свадьбой одним из существенных моментов была уплата калыма-шаалта. Размер зависел от состоятельности родителей жениха и невесты. Богатые алтайцы отдавали несколько табунов лошадей и другого скота, а также меха, деньги, ткани… В настоящее время родители невесты придерживаются традиционных правил при определении калыма-шаалта. Он состоит, как правило, из нескольких ящиков разного рода винных и водочных напитков, высших сортов чая, ювелирных, швейных и других изделий. Кроме того, близкие родственники невесты заказывают индивидуальные калымы-подарки. Согласие родителей невесты закреплялось у алтайцев ритуальной передачей тажуура с привязанной к нему белой тканью. Ближе к полудню снаряжали свадебный «поезд» за невестой… В нынешнее время в некоторых районах республики родители невесты требуют чересчур  большой калым-шаалта, на основании которого возникают взаимные разногласия. Одно лишь хочется сказать: во всем нужно соблюдать меру. Этот важный вопрос не раз обсуждался – и в прессе, и на различных курултаях алтайского народа, но подвижек по нему пока нет и не видно…

Циклы обрядов и обычаев алтайской свадьбы сопровождались богатой многокрасочной образно-поэтической системой иносказаний, наставлений, благопожеланий, песен и игр, закрепляющих определенные моменты и события в жизни новобрачных.

— Эта книга стала, как я понимаю, очередной в списке других выпущенных алтайских фольклорных изданий. Расскажите о них…

— Я проработала в Институте алтаистики имени С.С.Суразакова 40 лет. Мною было написано и опубликовано около 140 научных статей по фольклору; в качестве автора, составителя, редактора мне посчастливилось участвовать в издании 8 книг, среди которых «Алтайские загадки», «Календарно-обрядовая поэзия алтайского народа», «Алтайские благопожелания» и другие. С  этого года официально деятельность там прекращена, но моя работа по исследованию фольклора продолжается.

В свое время по Сибири Российское отделение академии Наук составило программу, в рамках которой народы, живущие на Севере, Дальнем Востоке и в Сибири, должны были показать свой фольклор всему миру. Была собрана редколлегия, которая запланировала 60 томов устного народного творчества. В эту серию изданий входит и наш алтайский фольклор. В 1997 году сотрудники Института алтаистики составили сборник с алтайским героическим эпосом, второй том вышел в 2000 году – в него вошли алтайские народные сказки.  Эти тома – на двух языках, с объемными примечаниями и комментариями. В 2011 году вышел том «Мифы, легенды и предания алтайцев», который  переименовали в «Несказочную прозу алтайцев». Стоит на очереди том «Алтайские народные песни», не включающий в себя обрядовые песни. Моя тема сегодня – алтайский обрядовый фольклор, в котором тема свадьбы  занимает свое место. Сюда входят также: шаманизм, бурханизм, культовые обряды и обычаи, связанные с рождением ребенка, календарные, трудовые, промысловые, похоронные обряды. Все готовится под одну обложку.

Есть, правда, одно «но». Книгу о свадьбе издали – выпуск ее небольшого тиража профинансировало Министерство образования по программе «Сохранение и развитие алтайского языка». Оно собиралось распространить издание по школьным библиотекам, но до сих пор, увы, этого не случилось. Недавно мы ездили в экспедицию по районам – туда книга еще не попала.  Почему? Видимо, чтобы ответить на этот вопрос, нужно отправиться обивать пороги кабинетов…

— Скажите, приходилось ли вам работать со сказителями?

— Конечно, в своей работе по сбору фольклора я охватила многие жанры, и героический эпос в том числе. Мне приходилось работать с крупными сказителями - Алексеем Григорьевичем Калкиным, Табаром Анышкиновичем Чачияковым, Аднаем Каланковичем Туймешевым, Николаем Кокуровичем Ялатовым и другими. В их числе были и женщины – например, Наталья Павловна Черноева из Турачакского района, из села Никольского. Сказания записывались подробнейшим образом. Иногда встречались архаические слова, значения которых не знал даже сам сказитель, они также обязательно фиксировались.

Интересно было работать со всеми кайчы… Вспоминается Алексей  Григорьевич Калкин. В нашем институте сохранились аудиозаписи, где он играет на топшуре и исполняет эпос горловым пением. С ним работалось легко, и он был очень богат, являя собою глубочайший источник фольклора. Мы записали несколько его сказаний. Часто возникало чувство гордости от возможности работать с такими людьми и эпосом, передающимся через поколения…

Сказительство – мощный лечебный жанр. Когда настоящий сказитель рассказывает, слушатели не шелохнутся, боясь нарушить общее настроение и соответствующую атмосферу. Удивляешься количеству тем, встречающихся в эпосах – от нравственных наставлений до практической информации, как готовятся пули, доспехи, одежда героя…

Родители кайчы Табара Чачиякова были репрессированы, он ребенком отправился с ними в Казахстан и пробыл там до 24-летнего возраста. Табар слышал эпос в исполнении отца и другого кайчы – из Усть-Коксы. Удивительно то, что среди слушателей было много детей, но Табар – один-единственный человек, который запомнил сказания. Когда он вернулся на Алтай, то стал их исполнять всем жителям Каярлыка и Ело. Мы записали пять его крупных сказаний и издали книгу с помощью тогдашнего руководства МО «Онгудайский район» лишь в 2008 году, кгига называлась «Кан-Алтын»… Сказитель  же ушел из жизни в 1998 году. Ушли в тот 1998-й сразу три кайчы — Алексей Калкин, Табар Чачияков, Аднай Туймешев. Мы, фольклористы, рады тому, что оставили память о них, и будущие поколения будут знать эти сказания, которые отличает такое высокое художественное содержание!

Исчезают носители фольклора… Старых сказителей не стало. Теперь  выделяется эстрадное сказительство, которое вряд ли сравнишь с искусством кайчы прошлых лет, исполнявшими сказания несколько дней напролет. Тем не менее, мы и их слушаем. Пусть так… Хотя бы так.

Трудно спрогнозировать будущее фольклора. Новое поколение мало интересуется этим «неденежным» жанром. Сегодня многие алтайцы даже говорят о том, что им не нужен алтайский язык. И это – очень печально…

— Клавдия Ергековна, не могу не спросить по поводу взаимного  творческого обмена в вашей семье. Борис Укачинович помогал советом?

— Конечно! Борис Укачинович очень ценил знатоков фольклора, дорожил дружбой с ними и уважал их всех. Он приглашал их домой. Конечно, этому всегда сопутствовало угощение. Беседы содержательного характера складывались очень интересные… Благодаря общению с А.Г.Калкиным Борис Укачин создал большую поэму «Тайны родных камней», также им создана поэма «Легенда о семи братьях» по рассказам Т.А.Чачиякова. Супруг сам нашел братьев Адная и Айылчы Туймешевых, благодаря чему были записаны новые сказания. Сын Амыр в своих художественных работах старается развить тематику героев алтайского эпоса, и его видение, отличное от работ других художников, работавших в этом направлении, стало интересным изобразительным выражением восприятия эпоса лично им.

— Какой из жанров оказался вам самым близким?

— Моя работа по сбору фольклора началась именно с загадок, и этот жанр остался любимым для меня. В древности он не был малым жанром, а имел огромное обрядовое значение. Однажды в Москве один якутский фольклорист  спросил меня: «Товарищ Укачина, почему вы этот жанр взяли? Вы знаете, какой он трудный? У вас даже волосы поседеют!» Я ничего не сказала. А про себя решила, что доведу до конца работу с загадками. Итогом моего накопления по этой теме стал большой сборник, переведенный и на русский язык. Перевод был непрост,  но он состоялся, так как был необходим... При исследовании материала я опиралась на загадки русского и якутского народов, а также марийские народные загадки. Есть схожие загадки у разных народов. Например, о человеке: утром – на четырех ногах, в обед – на двух ногах, вечером – на трех ногах…

— Давайте вернемся к теме свадебных обрядов. Скажите, насколько подробно сейчас они соблюдаются?

— Сейчас на свадьбах небольшой отрезок времени отводят национальным обрядам, а потом переходят к форме современной свадьбы. Это вызывает противоречия. Важно помнить, что обряды имеют сакральный смысл, влияющий на дальнейшую семейную жизнь молодоженов, их потомства и формально относиться к ним нельзя… Мои сыновья, конечно же, женились, с соблюдением всех алтайских обрядов. В каждом эпизоде свадьбы видна особая форма поведения участников и – что очень важно! - своя система знаков, а также этическая составляющая, которая была определена многовековой культурно-исторической традицией алтайского народа.

ОтменитьДобавить комментарий

Как Вы считаете, опыт какой из зарубежных стран подходит больше всего для развития туризма в Горном Алтае?