«Дело Потапова»: судебный ликбез для следователей

Николай Витовцев
26.10.2015

Просмотров:

915



Входя в зал судебного заседания по апелляционной жалобе защиты арестованного предпринимателя Александра Потапова, как мне показалось, судья Т.Кононенко была слегка шокирована. Из зала на нее смотрели мрачные, угрюмые мужики; лица женщин были встревожены, в их взглядах сквозила боль, и это вызвало в ее действиях некоторое замешательство. Зал заседаний не смог вместить всех желающих, и многим приходилось выглядывать из соседнего кабинета, через распахнутую дверь. «А это еще что такое?..» - растерялась судья, указывая на телекамеру, направленную на президиум суда.

Судье показалось, что обсуждать меру пресечения в отношении подзащитного А.Потапова можно в обычном режиме, без присутствия посторонних. В ответ защитник Юрий Корнеев удивился: «Вы предлагаете всех удалить? У нас будет негласный суд, что ли?» Именно он добивался самой широкой гласности при ведении этого судебного процесса и, по словам приставов, работающих на входе в здание Дома правосудия, Юрию Корнееву удалось собрать в зал суда более 70-ти человек.

Такого еще не бывало.

Десятки приглашенных на суд горожан, представителей разных партий и общественности, с интересом следили за работой президиума. Защитник допытывался: действительно ли суд намерен удалить всех пришедших? Судья предложила в ответ выяснить мнения сторон: «Защита, вы согласны, чтобы весь народ присутствовал?..» - «Конечно!» – отозвался Юрий Корнеев. «Подождите», - обратилась к нему судья, предложив высказаться другим защитникам.



Зал в это время зашевелился. Оба других защитника подтвердили: да, их подзащитный выразил согласие с тем, чтобы в зале присутствовали представители общественности и СМИ. Выслушав их мнения, судья тем не менее предложила тележурналистам убрать всю аппаратуру и стереть всё, что они записали, потому что по ним «мы еще не определились».

Чуть позже Татьяна Карташова, также представлявшая в суде интересы подзащитного А.Потапова, ссылаясь на постановление Верховного Суда России от 13 декабря 2012 года, пояснила, что открытость и гласность нашего судопроизводства могут быть обеспечены в том числе участием СМИ, и суд не вправе запрещать их представителям делать аудио- и видеозаписи, транслировать фрагменты судебного заседания в телеэфире, пересказывать его ход в печатных СМИ. А если этого не случается, то виной всему – предвзятое отношение судей, руководствующихся какими-либо субъективными представлениями о нормах и правилах судопроизводства. Защита настаивала на участии тележурналистов в судебном процессе.

После этого тихим голосом судья поинтересовалась у подзащитного А.Потапова его мнением о заявленном ходатайстве. «Поддерживаю!» - ответил он. «Весь ход судебного заседания?» - «Да, весь ход!»
Судья растерялась: «И куда потом это всё?..» Защита пояснила: как распорядиться после суда полученными материалами – это дело журналистов. Но судье было непонятно, с какой целью заявлено такое ходатайство. «В целях осуществления общественного контроля за деятельностью суда», - пояснила Т.Карташова. Судья попросила подзащитного уточнить, желает ли он, чтобы рассмотрение меры пресечения в виде его ареста стало достоянием гласности. Не будут ли тем самым нарушены его права?




Общественности уже всё известно, ответил А.Потапов по видеосвязи из СИЗО. Если бы не было официального сообщения Следственного комитета о его заключении под стражу, он мог бы и не настаивать на этом. Но, будучи человеком известным, начинающим политиком, он в корне не согласен с мнением следователей, поспешивших назвать его «виновным» (без решения суда), и только поэтому он поддерживает ходатайство своих защитников.

Представитель прокуратуры не возражал: телевизионщики могут присутствовать, но лучше бы ограничить их участие съёмками во время оглашения судебного решения. Адвокат Игорь Купцов вынужден был напомнить: судебный процесс вообще-то открытый, и спор сейчас идёт только о законности или незаконности заключения А.Потапова под стражу. Никакая тайна следствия в данном случае не нарушается. Он настаивал на заявленном ходатайстве и просил суд не препятствовать профессиональной деятельности журналистов.

Судья согласилась: до стадии исследования доказательств, предъявленных сторонами в суд, разрешить телевидению вести съёмку в зале суда, а после их исследования снова присутствовать на суде во время оглашения того решения, которое будет принято.

После этого адвокат Игорь Купцов снова попросил слова и обратился к судье: коль скоро мы говорим о принципе равенства и состязательности сторон, то, наверное, не только защите положено вставать во время своих выступлений. Почему представитель прокуратуры позволяет себе сидеть в присутствии уважаемого суда? И предложил судье решить этот вопрос по своему усмотрению: если прокурорскому работнику удобнее сидеть, то, наверное, и защите можно вести себя точно так же.

Судья согласилась: да, все заявления и ходатайства каждая сторона должна заявлять стоя. Исключения могут быть только для больных и инвалидов. Прокурорский работник явно смутился.



Защитники Игорь Купцов и Юрий Корнеев действовали на суде чётко и слаженно



Защита ходатайствовала о том, чтобы к материалам дела была приобщена распечатка, полученная в сотовой компании, из которой следовало, что за двое суток до судебного решения о заключении А.Потапова под стражу с его телефона были сделаны звонки следователю В.Байжигитову, его начальнику В.Гусеву, в дежурную часть Следкома и в МВД. Звонки, которые подтверждают: на самом деле подзащитный не скрывался от следствия, и он гарантировал, что в понедельник 5 октября явится к следователю сразу, как только прибудет в Горно-Алтайск.

Содержание разговоров со следователем В.Байжигитовым и его начальником В.Гусевым подтверждалось аудиозаписью, которая также была представлена в суд.

По мнению защиты, В.Байжигитов сознательно вводил Горно-Алтайский городской суд в заблуждение, когда указывал в своем ходатайстве о заключении В.Потапова под стражу на то, что подозреваемый якобы «скрылся» из города 17 сентября, тогда как на следующий день была его встреча с В.Гусевым. Суду были представлены неопровержимые доказательства, уличающие следователя в заведомо ложных сведениях, указанных в его ходатайстве.

Следователь утверждал, что подозреваемый 17 сентября «скрылся» и исчез в неизвестном направлении, а на самом деле он был уволен в этот день по инициативе работодателя и взял положенный ему отпуск. Защита представила соответствующий документ.

Юрий Корнеев просил обратить особое внимание на тот факт, что следователь В.Байжигитов, несмотря на их разговор с А.Потаповым 2 октября, прекрасно зная о намерении подзащитного вернуться в Горно-Алтайск 5 октября, тем не менее пошёл в субботу, 3 октября, в городской суд, и уже на следующий день, в воскресенье, он добился через суд того, чтобы А.Потапов был арестован. Чем вызваны такая спешка и такое рвение?
С другой стороны, какой может быть «международный розыск», когда следователь прекрасно знал о том, что подозреваемый находится на территории Российской Федерации?

Следствие считало важными доказательствами звонки, которые делались на телефон А.Потапова в связи с возобновлением его уголовного преследования. Но, правда, телефон почему-то не отвечал. Татьяна Кондрашова (на следующем снимке) пояснила суду, почему: объединяя два старых уголовных дела в одно новое, следователи почитали, что номер мобильного телефона, указанный в феврале 2011-го, по-прежнему принадлежит А.Потапову. На самом деле он давно уже сменил его, и это легко проверить, если обратиться к оператору сотовой связи.



Даже если предположить, что подзащитный в самом деле «скрывался», как утверждает следствие, чем можно объяснить нежелание следователей допустить к участию в судебном процессе 4 октября его адвокатов? На тот момент это были два адвоката из Барнаула. Но почему ни один из них не был в суде, когда принималось решение о заключении А.Потапова под стражу? Это еще один вопрос, который поставила защита перед судьей Т.Кононенко.

Действительно, в воскресный день с утра следователь В.Байжигитов звонил одному из адвокатов в Барнаул и предлагал срочно бросить все дела и мчаться на суд в Горно-Алтайск. Совсем не думая о том, что в выходной день как-то неприлично звонить даже «по делу». Что же касается второго адвоката, то о нем следствие даже не вспомнило.

В ходе судебного заседания выяснилось, что следователь В.Байжигитов звонил в Барнаул 4 октября где-то в 10.40, и якобы он знал, что начало судебного заседания будет в 16.00. Между тем, сами материалы поступили в суд лишь около 15.00, и тут возникает вопрос: как этот следователь мог знать заранее, на какое время суд назначит рассмотрение его ходатайства? Это, по мнению защитника Ю.Корнеева, «чистой воды мошенничество», и по всем таким фактам он с коллегами по президентскому Центру готовит сейчас материалы в Москву.

В то время, когда следователь звонил в Барнаул, никаких материалов в суде ещё не было! В городском суде следователь В.Байжигитов говорил о какой-то «телефонограмме», якобы отправленной в Барнаул. И именно она была признана судом в качестве основного доказательства. А на самом деле никакой телефонограммы не было. Следователь сознательно вводил суд в заблуждение.

Мы слишком много говорим тут о каких-то телефонных звонках, возмущался Юрий Корнеев, а где в УПК прописаны все эти телефоны? Есть должностные инструкции, которыми обязаны руководствоваться следователи. Есть порядок вручения судебных повесток. И ничего иного Законом не предусмотрено.



Следствие каким-то образом пыталось выяснить, кто из адвокатов на момент возбуждения нового уголовного дела мог представлять интересы подозреваемого в ходе следственных мероприятий, а тем более в суде? На этот вопрос судьи Т.Кононенко не могли вразумительно ответить ни В.Гусев, ни его подчиненный В.Байжигитов (оба на снимке справа). Между тем, по мнению судьи, это главный момент при рассмотрении обстоятельств, связанных с апелляционной жалобой защиты, и об этом было прямо сказано в зале суда. 

Почему барнаульским адвокатам не дали участвовать в судебном процессе 4 октября? Адвокат Игорь Купцов высказал собственное мнение: это было сделано, по всей видимости, для того, чтобы искусственно лишить его подзащитного возможности пользоваться услугами тех адвокатов, которые досконально знали оба дела и реально могли помешать аресту А.Потапова.

Уголовные дела, о которых сегодня идет речь, расследуются уже шестой год – об этом напомнил защитник Юрий Корнеев. Обращаясь к присутствующим в зале В.Байжигитову и В.Гусеву, он спросил: что же мешало им расследовать их без «политики» и не придумывать сейчас какой-то международный розыск, не устраивать весь этот балаган с арестом? За всё это время его подзащитный хотя бы раз «спрятался» от следствия? Хотя бы раз не явился по повестке? Нет, таких случаев не было.

Его работодатель знал: после увольнения 17 сентября он едет в отпуск. Тем не менее следствие усмотрело в самом факте увольнения какое-то «отягчающее обстоятельство». И даже если предположить, что в действиях подзащитного в самом деле усматривались какие-то нарушения, кто мешал следователям избрать в отношении него такую меру пресечения, как подписку о невыезде? Почему они не сделали этого?
Он имел право на свободу передвижения. Мог ехать куда угодно – хоть во Вьетнам, хоть в США, доказывал Ю.Корнеев. Потому что никаких повесток никто ему не вручал. Никому из его родственников повестки тоже ни разу не вручались, если говорить о периоде с середины сентября.

Что мешало следователю по особо важным делам В.Гусеву вручить повестку А.Потапову при личной встрече 18 сентября? На этот вопрос защитника следователь чуть позже пояснил, что надеялся на его честное слово. Но, справедливости ради, не мешает упомянуть фрагмент из аудиозаписи, когда на этот же вопрос А.Потапова следователь сказал, что для него «это как-то стрёмно».

А на суде он сказал буквально следующее: «думал, что он встанет на путь исправления». Как будто был уже судебный приговор… При этих словах следователя присутствующим в зале стало ясно: никакой случайности в том, что на сайте СУСКа арестованного А.Потапова заблаговременно назвали «виновным», быть не могло. Следствие было уверено в своей правоте и действовало, как говорят в таких случаях, «на арапа».

Юрий Корнеев настаивал на «полном беззаконии» в действиях Следственного комитета. Для чего им понадобилась профанация с объявлением А.Потапова в международный розыск? Только для того, утверждал Ю.Корнеев, чтобы заочно суд принял решение о его аресте.

Накануне рассмотрения апелляционной жалобы в Верховном Суде РА оппоненты Юрия Корнеева называли его «скандально известным». А что же показал суд? Все доводы, изложенные в открытом письме защитника по поводу незаконного ареста А.Потапова, нашли свое подтверждение в суде.



После выступлений защитников слово дали подозреваемому Александру Потапову, и прежде всего он сказал о том, что много вопросов вызвала лично у него сама цель этого задержания. Он сообщил суду, что с первых же часов содержания под стражей он сразу почувствовал давление со стороны следствия. В чем это выражалось? Не стесняясь присутствия адвоката, следователь В.Байжигитов в ходе проведения следственных действий обращался к нему: «Ну что, допрыгался? Выпустим тебя лет через пять…»

На предложение судьи говорить по существу А.Потапов уточнил: «Я нахожусь здесь только для того, чтобы они могли оказывать на меня давление… Я поэтому и рассказываю, чтобы общественность знала, для чего сажают в тюрьму на стадии следствия». Далее он пояснил: при его задержании были нарушены все законы и процессуальные нормы «ради какой-то цели». Именно к такому выводу он пришел, анализируя подробности своей последней встречи со следователем В.Гусевым, который предлагал уладить дело «по-хорошему». Что за цель перед ним поставлена, какое указание дал его руководитель, этого А.Потапов так и не смог понять.
Когда накладывали арест на имущество подозреваемого, его брат попытался сделать следователям замечание, говоря, что они нарушают конституционные нормы. На что следователь ему ответил: «Если мы будем соблюдать конституционные нормы, у нас в стране будет хаос…» Находясь в следственном изоляторе, А.Потапов выражал свое недоумение: как это может быть, когда люди, стоящие на страже законности, считают несоблюдение Закона нормой, а его соблюдение – хаосом?

Говоря о своей общественной деятельности, А.Потапов заметил, что в течение этих шести лет (пока тянется уголовное преследование) активизация следственных действий странным образом совпадала с периодами его политической и общественной активности. Как только начинаются выборы – следователи тут как тут «и начинают меня дёргать», по словам А.Потапова. Начинают ставить какие-то условия, идет какой-то откровенный торг…

По какому праву перед арестом они назвали его «виновным»? Вся деловая и политическая репутация в один момент оказалась подорванной, и, как считает подозреваемый, ему теперь придётся, может быть, всю оставшуюся жизнь ее восстанавливать... «Всё у Вас, Потапов?» - поинтересовалась судья в этом месте его выступления. «Нет, не всё», - ответил он из камеры СИЗО и уточнил, что следователи не удержались и позвонили сюда, в Кызыл-Озёк, чтобы добиться его содержания в одиночной камере… «Всё, я вынуждена прервать Вас, Потапов», - решила судья и объяснила, что нынешние его переживания к делу не относятся.

Ближе к концу судебного заседания Юрий Корнеев снова недоумевал: в Москве мошенника за украденные 320 миллионов держат под домашним арестом – а тут у нас даже не доказано ещё ничего, но человека хватают и тащат в тюремную камеру… Мы что, в другом государстве тут живём?

Верховный Суд республики, исследовав все обстоятельства дела, связанного с арестом Александра Потапова, пришел к выводу, что решение городского суда было незаконным, но отменять его не стал. Суд изменил меру пресечения в отношении А.Потапова, и с понедельника, 19 октября, он находится под домашним арестом.

Защита с таким решением не согласна.
- Мы не просили суд об изменении меры пресечения в отношении нашего подзащитного, - сказал Юрий Корнеев после оглашения принятого решения. – Мы настаиваем на полной отмене суда первой инстанции. Более того, в материалах судебного заседания нет ходатайства от следователей об изменении меры пресечения в отношении А.Потапова. А это значит, что суд снова принял незаконное решение, и мы обжалуем его в Верховном Суде России.

…И получается, что ставить точку в «деле Потапова» еще рано. Хотя первый шаг уже сделан, и он снова на свободе. Пусть и под домашним арестом.

Коллегам из ГТРК «Эл Алтай» - благодарность от автора за предоставленные фотографии.

Реклама

4151

ОтменитьДобавить комментарий


Социальные комментарии Cackle
Чего не хватает для комфортного отдыха в Горном Алтае?