Аржан Малацагаев: «Бурятия – это не только Байкал»

Анна ВАЛЬЦЕВА
31.10.2017

Просмотров:

495



В туристических кругах Бурятии бурно обсуждается пост, который опубликовал в «Фейсбуке» заместитель генерального директора улан-удинской компании «Солонго» Аржан Малацагаев. Мнение эксперта о состоянии туристической отрасли республики и возможных путях ее развития, вопросы по статистике турпотоков и другие аспекты вызвали большой интерес у коллег. В рамках проекта «Просто Россия» Аржан Малацагаев дал интервью RATA-news.

— Аржан, был конкретный повод для публикации такого поста в «Фейсбуке»?

— Просто накипело. Надоели поверхностные рассуждения по поводу туризма в Бурятии во множестве статей и в соцсетях, вот и написал. К тому же, сейчас стало ощутимо заметнее внимание властей страны к проблемам туризма, так что самое время донести до них мнение профессионалов отрасли — чтобы помочь отделить нужное от ненужного. Например, наш комитет по туризму твердит о миллионе туристов в Бурятии, а это просто фантастическое преувеличение. Методика подсчета явно не корректная. Вероятно, каждый турист попадает в статистику несколько раз. В гостиницах Улан-Удэ максимум около 3000 мест, а в столице Бурятии останавливается как минимум на одну ночевку практически каждый турист, приезжающий в Бурятию. И если умножить 3000 мест на 90 активных в смысле посещаемости дней, то есть три летних месяца, то получится, что остановиться у нас могли не более 270 тыс. человек. Миллиона просто физически быть не может.

— Не раз приходилось слышать предложения о совместном продвижения Иркутской области и Бурятии под единым брендом, поскольку в обоих случаях речь идет, прежде всего, о Байкале. Насколько, по-вашему, состоятельна такая идея?

— Это постоянно обсуждается на совместных мероприятиях двух регионов. Сейчас идея оформлена в концепцию в рамках проекта «Байкал — великое озеро». Предполагается, что скоординированные усилия и затраты позволят увеличить или качественно улучшить общий турпоток на Байкал. Но для Бурятии важно понимать, какое у бренда будет прикладное применение. В любом союзе преимущество получает тот, у кого изначальные позиции были выше. В контексте Байкала это точно не Бурятия. То есть к нам поедут «остатки», когда Иркутская область переполнится.

И Бурятия – это не только Байкал. Это самобытная республика с уникальной культурой и искусством. Мы самобытны, поэтому нам будет сложно извлечь плюсы из совместного продвижения и единого бренда.

— Действительно, когда говорят о Байкале, часто имеют в виду именно Иркутскую область. Как сейчас делится поток между двумя регионами?

— Точными цифрами, думаю, никто не владеет. По экспертным оценкам, на Иркутскую область приходится до 75% всего турпотока на Байкал. Но в Бурятии есть свои достоинства, которые заслуживают большего внимания со стороны туристов и турбизнеса.

— А можете обозначить плюсы и минусы той и другой стороны?

— Если коротко, Иркутская область – это более развитая инфраструктура, Бурятия – буддийская культура и более разнообразная природа.

С Иркутской стороны три основных точки притяжения: поселок Листвянка в 60 километрах от Иркутска, Кругобайкальская железная дорога и остров Ольхон. В Листвянке много гостиниц, ресторанов. Там порт, познавательный Байкальский музей Иркутского научного центра, смотровая площадка. Минус – скученность, многолюдность, шум, и зачастую это не нравится людям, которые искали тишины и уединения.

Кругобайкальская железная дорога – восторг! Она проходит совсем рядом с берегом Байкала через великолепные арки и тоннели. Ее минусы – высокая цена и недостатки сервиса.

Ольхон стал своего рода визитной карточкой всего направления. Самая, наверное, растиражированная фотография Байкала: вид скалы Шаманка с острова. Опять-таки, минусы места – многолюдность, а также проблемы с дорогой до острова и размещением.

В Бурятии более разнообразная природа. На иркутском берегу преимущественно горы и каменистые пляжи, у нас – тайга и песчаные берега. И, конечно, национальный колорит. Над Улан-Удэ на горе возвышается буддийский храм, а в оформлении повсеместно используются азиатские орнаменты. Есть в Бурятии такие известные места, как Забайкальский национальный парк, Чивыркуйский залив, Ушканьи острова. Это территория национальных парков, где запрещено любое строительство.

— На чем специализируется ваша компания? Какие туры самые востребованные?

— Мы работаем в сфере въездного туризма, компания существует с 2006 года. Генеральный директор – Рада Жалсараева, моя мама, в туризме с 1980-х годов, в прошлом возглавляла местный «Интурист» а также республиканское агентство по туризму. Опыт у нас большой, поэтому мы можем предложить любые программы.

Одно из основных направлений работы – транзитные туристы, которые путешествуют по Транссибу и останавливаются в Улан-Удэ на одну-две ночи. Город удобно расположен, здесь магистраль соединяется с Трансмонгольской железной дорогой, и туристы часто делают остановку. Посещают деревни старообрядцев, бурятские села и, конечно, Иволгинский дацан – комплекс буддийских храмов, резиденция Хамбо-ламы, главы буддистов России.

Транзитные туристы из Европы любят останавливаться в семьях, готовить вместе с хозяевами бурятскую национальную еду, знакомиться с культурой и бытом. Это у нас уже отлажено, и мы даже сами принимаем гостей у себя дома.

В последние годы заметно выросло количество больших организованных групп из Азии, преимущественно из Китая, Южной Кореи, Японии. Обычно программа для них включает посещение Байкала на три дня и Улан-Удэ на два дня. Очень любят вечерние посиделки возле костра с приготовлением байкальской рыбы.



— А ваши самые любимые туры какие?

— Мне нравятся те, где задействован водный транспорт. Больше всего люблю отдыхать на территории Забайкальского национального парка. Он входит в состав Баргузинского заповедника, который был создан еще во времена Российской Империи для сохранения баргузинского соболя, которого тогда называли «черным золотом». Там запрещено строительство, и это прекрасное место для уединенного отдыха: много красивых бухт, горячие источники, отличная рыбалка. Если уплыть дальше на север от Чивыркуйского залива, то попадаешь в совершенно безлюдные места. Только лес, тайга, горы, прозрачная – настоящая байкальская – вода. Там нерпы лежат на камнях и плюхаются в озеро, заметив приближающегося человека. Мы возим туда индивидуалов небольшими группами. Вот эти туры мои самые любимые.

— Откуда чаще всего приезжают иностранцы?

— В последнее время – из Китая и Южной Кореи. Доля туристов из Европы и США относительно невысокая, если считать по количеству человек, так как это, как правило, индивидуалы. А заявок много, особенно от тех, кто путешествуют по Транссибу. К сожалению, для европейцев и американцев Бурятия остается довольно дорогим направлением. Во-первых, из-за перелета – сначала до Москвы, потом до Улан-Удэ. Во-вторых, в сезон у нас на Байкале номера стоят в среднем 5,5 тыс. рублей в сутки. Но те, кто до нас все-таки добираются, остаются довольны, потому что приезжают именно за культурой, бытом, уникальностью.

— Заметили ли вы всплеск интереса к внутреннему туризму в последние годы? Как оцениваете прошедшее лето?

— Поток в последние годы понемногу, но рос. И не только за счет гостей из Азии, на которых повлияло падение курса рубля. Сыграл свою роль внутренний туризм, в 2014-2016 годах больше стало туристов с запада России. Скорее всего, это было связано с политикой, санкциями, а также с тем, что некоторые категории граждан попали в списки невыездных. А вот минувшим летом поток туристов на Байкал - и россиян, и европейцев - значительно уменьшился. Вообще в этом году, если бы не рост турпотока из Китая, был бы провал.

— А рост турпотока нужен ли вам?

— Нужен, особенно, если учесть, что позиции нашего старта невысокие. Туристов много летом, в межсезонье счет идет на десятки, максимум на сотни. При этом в Бурятии немало маршрутов, которые пока не сильно востребованы, но при должном отношении, улучшении инфраструктуры, продвижении могли бы стать популярными.

В межсезонье хорошо продается Новый год, но – только гостиницы, которые делают интересные программы и имеют хорошие номера. Еще всплеск в феврале-марте. В другое время туристов вообще нет. А потенциал у зимнего Байкала есть, особенно с середины февраля до начала апреля, в это время надо ехать на байкальский лед. В остальные месяцы сложно – объективно холодно, ветрено, пейзажи не очень. Может лучше продаваться и в мае, если начать его раскручивать. В это время всё начинает цвести, очень красиво! Но есть проблема судоходства, по льду уже нельзя, а по воде – еще нельзя.

Отдельная тема — уровень обслуживания туристов. Организованную группу обязательно сопровождает кто-то из руководства нашей компании, а не только гид и переводчик. По-другому, к сожалению, в нашем регионе трудно обеспечить качественный прием туристов.

— Что вы имеете в виду?

— Я порой поражаюсь: построены дорогие гостиницы, десятки миллионов вложены, а отношение к сервису у владельцев странное. Администраторы частенько не знают, как вести себя с группой, а когда надо решить проблему, раздражаются — мол, чего пристали. Я бы сказал, что индустрия гостеприимства, каковой она должны быть, у нас только зарождается.

Персонал меняется каждый год, обучение либо тяп-ляп, либо вообще никакого. Перед приездом группы надо тщательно проговаривать все детали, даже номера проверять. Кстати, именно поэтому в Бурятии не такой большой самостоятельный поток. Даже китайские компании знают — если хочешь качества, работай с местными турфирмами, которые проконтролируют каждый шаг.

— А самих гостиниц достаточно?

— Инфраструктура, конечно, шагнула далеко вперед. Еще несколько лет назад гостиниц не хватало, особенно где можно было размещать большие группы. Сейчас с этим проблем ощутимо меньше. Есть выбор отелей, в том числе «Мэрген Батор» 5*. В Улан-Удэ новые гостиницы появляются каждый год. На Байкале тоже строятся, хоть и медленнее. В следующем году должны появиться несколько новых гостиниц, они сейчас строятся на китайские деньги.

— Проблемы китайского турпотока – серые схемы, специальные магазины, торгующие за наличные и т.п. – для Бурятии актуальны?

— Можно сказать, что у нас таких проблем нет. Негативная картина скорее появляется там, где речь идет о регулярных больших потоках. Нас же китайский рынок задевает небольшим краешком. По официальным данным, по безвизовым спискам нас посещает около 1500 человек, а вместе с теми, кто заезжает через другой регион, – около 10 тысяч. И весь этот поток проходит официально через местные туркомпании.

Туристов из Китая можно поделить на две части. Первая – небольшие группы, которые едут ради природы Байкала. Как правило, они с юга страны, посещают в основном национальные парки, проводят здесь не меньше недели. Вторая – большие группы, которые проезжают регион транзитом: автопробеги, поезд из Забайкальска до Иркутска, пересадка на самолет в Москву. Они останавливаются в регионе на два-три дня – одну ночь, как правило, проводят в городе, вторую на Байкале.

— Какой была реакция на ваш пост в «Фейсбуке»? И планируете ли вы еще подобные обсуждения?

— Пост перепечатали местные средства массовой информации, мне написало очень много людей — и из бизнеса, и общественники. Никак не отреагировал только комитет по туризму Бурятии. Вообще комитет по каким-то причинам выбрал себе любимчиков, которых зовет на совещания и советы при президенте, а нас и многих других реальных участников рынка игнорирует.

Для многих то, о чем я написал, стало неожиданностью. У нас уже состоялись конструктивные встречи с людьми, которые реально хотят что-то сделать – именно для туризма, а не в личных интересах.

Мое восприятие туризма таково: это одна из немногих отраслей, которая занимается реальным экспортом. Скажем, приехало несколько групп, они оплатили гостиницы, транспорт, питание, купили сувениры — и это реальный вклад в экономику региона, в его ВВП: туристы привезли деньги, которых еще вчера не было. У нас продаются молочные продукты производства Красноярского края и даже Московской области. Мы покупаем их здесь, а деньги уходят в другой регион. С туризмом наоборот: заработав где-то, люди тратят у нас. Поэтому я буду писать ещё — чтобы привлечь максимум внимания к проблемам развития туризма в Бурятии.

Фото: RATA-news и Аржан Малацагаев.



ОтменитьДобавить комментарий

Как Вы считаете, опыт какой из зарубежных стран подходит больше всего для развития туризма в Горном Алтае?