Сюжеты из «Пятого измерения» Павла Ойношева

Екатерина СЕРГЕЕВА
27.04.2017

Просмотров:

748



У художника Павла Ойношева есть профессия архитектора. Поэтому новость о его выставке «Пятое измерение», открывшейся более полумесяца назад в Анохинском музее, формулировалась примерно так: «…состоится открытие выставки графических работ Павла Ойношева, инженера-строителя, архитектора». Сомневаюсь, что у кого-то из посмотревших эту экспозицию проклюнулась мысль, что архитектор играет в художника. Удивляющие виртуозностью исполнения и амплитудой мысли творения Павла Ойношева говорят о том, что он уже был не в силах скрывать и дальше от нас свой великолепный талант рисовальщика. За своей вполне практичной и плодотворной деятельностью архитектора. Впрочем, есть чувство, что сами произведения продиктовали Павлу Ойношеву: иди к людям и покажи нас. К счастью для горожан, у них еще есть возможность увидеть эту интригующую графику – «Пятое измерение» будет работать до 10 мая в выставочном зале Национального музея.

Вопрос к посмотревшим: а вы обратили внимание, что в работе «Двойной портрет», размещенной на афишу, есть подпись «Ойношев Павлик»? От юности до зрелости – исполненный шажок, и автопортрет готов. Ясный взгляд художника на себя самого, и это детское, симпатичное, возможно самоироничное «Павлик» о чем-то да говорит. Единое око для двух лиц разных эпох собственной жизни – слияние молодости и зрелых лет благодаря своеобразной графической геометрии усилено. Эта геометрия, казалось бы, стремящаяся раздробить пространство, напротив, делает цельность картинки прочнее. «Двойной портрет» впускает нас в миры художника, и рисунок за рисунком утверждают, что ойношевский стиль достоин внимания зрителей, искусствоведов, профессионалов-коллег, которые, кстати, на открытии «Пятого измерения» выразили очень одобрительное мнение увиденным.

 

Доволен ли художник? Конечно, он рад. Идея проведения этой выставки принадлежит Анохинскому музею. В прошлом году в библиотеке имени Чевалкова художник объединил свои работы в экспозиции «Очевидные иллюзии». Затем в Беш-Озеке, на его малой родине, посмотрели эту графику, и все прошло в «эмоционально возвышенном» состоянии, по словам Павла. Конечно, ему приятно быть открытым. Свои выставочные залы Анохинский музей предлагает только тем, кого можно считать состоявшимся, интересным мастером.

Ждет ли художник что-то от зрителя? «Иногда я понимаю, что все смотрят, но немногие видят, – говорит Павел. – В случае с моими работами нужно именно видеть, а не смотреть. Заходить внутрь них, путешествовать там. Нет смысла, думаю, писать аннотации к картине на пяти листах…»

Да, но каждый видит свое. И автор это также понимает. Поэтому нисколько не огорчается, если кто-то выказывает свою слепость в отношении первоначальных замыслов его рисунков. По-моему, к графике Ойношева с ее скоростью, движением и пульсом если приноровишься, то затем уже вслед за сознанием художника скользишь на близких ему частотах. Возьмем «Поэта»… Причудливая компоновка легко читаемых образов вполне передает нам авторское видение изображенного. Там есть и распахнутое в космос окно, и птица – вдохновение, и яблочко (плод души стихотворца иль символ любви, от которой столь часто поджигается вдохновение), и рюмка (увы, нередкий спутник творческих мятежных душ, но в данном случае, возможно, как пьянящий напиток поэзии, эмоций, чувств). И сплетение двух фигур. Одна из них бела, легка и стремительно направлена в бесконечное пространство, напоминающее нам о космосе, душевном в том числе, а другая – «плотская», вполне себе человеческая, с сухим лицом, с открытым квадратным, как в механизме, отверстием (пустотность головы, принимающей информацию).

Ноги первой слабы, они обессилены, они не для земли, но зато есть что-то вроде антенны. И во всем этом видится тень трагедии или драмы, конфликта. Первое стремится вырваться из второго. Красное и черное, белое и голубое… Хорошо, я могу «ошибиться» и трактовать увиденное не так, как задумал автор. Может быть, нет драмы, но художнику придется отдать на откуп зрительскому восприятию все свои символы и образы, эту интригу. Теперь уже он не властен над тем, чтобы остановить запущенную своим вдохновением художника и философа жизнь картин, которая продолжается в нашем сознании…

 
«Фотография» (слева) и «Девушка с бусами»

«Я всегда рисовал. Из любой точки может вырасти рисунок. И вот начинаешь идти внутрь этого ракурса, потом смотреть иначе, и миллион вариантов рисунков могут быть созданы из одной точки, – объясняет художник. – Начни подражать природе, рисовать листву, например, – жизни не хватит, чтобы это дерево нарисовать. И потом, любая вещь может обрести свои философские критерии.

Временной фактор – очень важная, серьезная вещь. У всех восприятие времени разнится, для всех оно по-разному идет. Мы знаем поэтов, которые рано умирали, сгорали. Когда сердце творческого человека пламенеет, оно много на себя берет. Творчество может иссякнуть. Я, наоборот, ждал, пока созреет мой «плод», чтобы показать его людям. Я рисовал и откладывал, и если в этом процессе была какая-то ценность, то сегодня она для меня проявилась, когда произошел контакт зрителя и моих рисунков. До этого были опыты в книжной графике, когда я увидел свои рисунки как иллюстрации, и это было тоже новое понимание своего творчества – нарисованное остается в книге, а не на клочке бумаги, который я отложил. И когда видишь свои работы в новой ипостаси, то это радует и побуждает идти дальше…»


«Вдохновение»

Про цвет. Художник использует, как правило, до четырех цветов в своих работах. То есть, это может быть рисунок и в одном цвете. В двух цветах можно показать сложное пространство. «С двумя цветами надо сидеть и корпеть, чтобы создать пространство, - объясняет художник, - и чтобы человек потом вник. Из четырех цветов можно создать бесчисленное количество комбинаций. Если более четырех цветов использовать, будет сложнее «попадать» в рисунок из-за пестроты. Рисую в основном гелевыми ручками, чтобы насыщенность, концентрация цвета была…» Рука художника очень уверена, смела, рождаемые им сюжеты – всегда с настроением, с авторским переживанием. Очевидно: всё, что рисует Павел Ойношев, им проживается. Осознанно или бессознательно. И художник очень стремится к свободе. Выразить себя через рисунки, которые легки и сильны своими решениями, выйти за рамки самого себя через творчество, окунуться в некую вселенскую глубину, с которой сообщается душа творца. Бесконечное количество умных экспромтов и вообще тяга в бесконечность пространства. Потому и «Пятое измерение».

 

Павел Ойношев говорит, что не искал своего стиля. Что-то он объяснил себе просто: художественных академий не заканчивал, поэтому и свободен ОТ рамок какой-то стилевой заданности, знаний определенных технологий. Поэтому на листе белой бумаги – он сам себе хозяин, пределов нет. Но есть понимание того, что смело созданную линию уже не перечеркнешь, ошибиться нельзя. Поэтому эта игра линий, символов и иллюзий должна быть единственно верной – хотя бы для мгновения, в котором все это случается. «Все, что я рисую – из моего воздуха, из моих мыслей», - говорит художник. И мы ему верим. Посмотрите, как удивительно прекрасен дуэт в работе «Вдохновение»; как волшебна атмосфера картины «Вечерний снег» (слева), где две фигурки неспешно идут по куполообразному коридору деревьев, домов и небес; как лунолика, женственна и немного печальна исполненная законченной плавностью линий «Девушка с бусами»… Стремительно уносящиеся в перспективу «Аравийские небоскребы» (справа), тяжеловатое лицо «Дрессировщика» (внизу слева), в котором есть что-то львиное... Каждый сюжет – а их в многотематическом «Пятом измерении» Павла Ойношева сто сорок два – притянет ваше внимание, и, может, это будет «Поэт» (внизу справа), потому что людской ум всегда хочет проникнуть, выяснить и разгадать, тем более, если речь идет о природе творчества. Приятного вам путешествия!

Павел Петрович Ойношев. Родился 19 апреля 1956 года в селе Беш-Озёк Шебалинского района. Третий из семерых детей Петра (Петек) Эчишевича из сеока тодош, знатока алтайского фольклора, владеющего игрой на топшууре и мастерицы-рукодельницы Кулы Кичешевны из рода иркит. Изданы три книги Петек Ойношева, проиллюстрированные сыном Павлом.

Выпускник архитектурного отделения Барнаульского строительного техникума и Восточно-Сибирского технологического института. До 1982 года работал в проектном институте Улан-Удэ. Автор памятника «Павшим борцам в годы гражданской войны» в Северо-Байкальском районе Бурятской АССР. По его проектам построены здания в Бурятии и Республике Алтай. Он – автор проекта Музея алтайского сказителя Н.У. Улагашева в селе Паспаул Чойского района.

Участвует в выставках республиканского отделения СХ с 2009 года. В прошлом году как участник Международного этнографического фестиваля-конкурса «ETNO ART FEST» (Россия-Великобритания, Москва-Лондон) награждён дипломом I степени.

 

Опубликовано в газете «Постскриптум».

ОтменитьДобавить комментарий

Как Вы считаете, опыт какой из зарубежных стран подходит больше всего для развития туризма в Горном Алтае?