Усть-Сема: свет и вода – в долг

Мария Соболевская
24.01.2014

Просмотров:

1488

Будучи свидетелем скрытого конфликта, трудно принять чью бы то ни было сторону. Одну и ту же ситуацию люди описывают по-разному, и каждый по-своему прав… Супруги Шмаковы далеки от политики, им бы деток обуть, одеть, накормить. Работы ни у Любы, ни у Саши нет. Раньше Саша работал на бетонном заводе, а теперь калымит – благо, парень он крепкий, и работы тяжелой не боится: кому дрова расколет, кому дом помогает строить. Получив материнский капитал, семья выкупила часть участка у родственников. Участок небольшой, но Шмаковы и ему рады. Тесно и неуютно на задворках у матери и свекрови, но жить как-то надо, особенно если взять во внимание то обстоятельство, что один из детей признан инвалидом.

С 2004 года Саша и Люба пытаются получить земельный участок, на который они имеют право и как молодая семья, и как многодетная, и как воспитывающая ребенка-инвалида. Пока тишина. Перемены в общественной жизни Усть-Семы воспринимаются сквозь призму собственных неразрешимых проблем. Да, по улице в Усть-Семе провели водопровод, но за то, чтобы подвести 4 метра в дом, пришлось выложить около восьми тысяч рублей. Почему 8 тысяч, когда в более благополучном в отношении трудоустройства Чемале эта услуга чуть ли не в 2 раза дешевле?!

Для того, чтобы жить в Усть-Семе, по признанию самих жителей, нужны либо крепкие нервы, либо связи. При наличии связей все родственники обеспечены участками: сыновья и дочери, их половинки, внуки, правнуки. Все имеют право на участок, и все получают - не только под строительство жилья, но и для магазинов. Назывались две фамилии  на букву «С» и одна на «К». Нельзя сказать, что глава поселения Л.Прадед одна в этом повинна. Так уж сложилось исторически, что во все времена все главы благосклонно относятся именно к этим заглавным буквам. Отчего же там «Ш» нет?! Каких таких успехов надо добиться, чтобы стать привилегированными?

Для того, чтобы жить в Усть-Семе, нужно обладать отменным здоровьем. Вопиющий случай. Женщина на 7-м месяце беременности почувствовала себя плохо, позвонила в «скорую». Там, на другом конце провода, ей ответили, что бензина нет, никакой «скорой» не будет, и если она не найдет способ добраться до больницы в ближайшие 60 минут, то умрет от потери крови...

Хочешь - не хочешь, начнешь видеть мир в черном цвете. Особенно, если находишься на большом расстоянии от больницы.

В экстремальных условиях находится и жительница Верх-Барангола Мария Фок. Домишко есть, куплен отцом старшего сына и принадлежит подростку по праву собственности. Комната и некое подобие кухни через пару лет станут неудобными для проживания многодетной семьи. Уже сейчас большую часть помещения занимают кровати.

Мария приехала на Алтай из Иркутска более 10-ти лет назад, надеется получить участок. Не работает, живет с детьми на пособие по уходу за младшим ребенком. По меркам села, ее можно назвать скандальной женщиной просто потому, что она не боится высказывать свое мнение (пусть даже это мнение ошибочное). В Иркутске, наверное, так принято. Но не у нас. У нас за «длинный язык», опять же, по словам оппозиционно настроенных сельчан, грозят поджечь дом, лишить «привилегий» - законных прав на получение льгот и какой бы то ни было помощи со стороны сельской администрации.

На днях Мария получила на руки договор, по которому она должна оплачивать электричество… по 5 рублей 11 копеек за киловатт - как юридическое лицо, которым в действительности не является. Договор ей вручил депутат, он же взял с нее одну тысячу рублей без квитанции об оплате, которые требуются для получения денежной компенсации льготникам. Прочесть договор в тот же день Мария не сочла нужным, а после прочтения за голову схватилась. Первая мысль: «Мошенничество».

Сосед агентский договор не читал и был крайне удивлен словам Марии, которая делилась с ним своими рассуждениями. Неприязнь к главе поселения подогревал эпизод на сходе села, на котором Лидия Ивановна пообещала Марии лично привозить ей воду, но так и не привезла, не поинтересовалась, а надо ли…

Водопровод в Верх-Баранголе есть – это хорошо, но, как говорит Мария, каждую зиму он промерзает. Хотела подвести воду в дом, но не сложилось. Дорого, и нет гарантии, что вода в доме будет всю зиму. В прошлом году вода только к весне оттаяла.

Система оплаты за счастье пользоваться водой Марии и многим ее знакомым не ясна. Глава поселения озвучивает некую сумму, делит ее на всех… На сходе население почему-то решает сдавать деньги. Мария настаивает: «Я не буду платить, пока мне не будут выданы квитанции об оплате».

Ножом по сердцу звучала фраза предприимчивой главы: «Заберите водопровод себе, сами его обслуживайте!» «Но как?! – пытается прикинуть Мария. - Мужиков в поселке мало, специалистов в сфере коммунального хозяйства среди них нет, ответственность большая, да и затраты…»

Час спустя в уютном кабинете, который по площади кажется больше, чем убежище семьи Фок, глава поселения Лидия Ивановна Прадед отвечала на вопросы посредника между жителями вверенных ей сел и сельской администрацией, и была очень убедительна. Оказалось, Мария Фок и ее знакомые не владеют достаточной информацией, чтобы расценивать действия главы как мошенничество. Дело в том, что администрация Чепошского поселения заключила договор со «Взрывпромом» о подключении к насосной станции, и вот уже почти 4 года как насос качает воду для населения, а население обязано компенсировать затраты юридического лица на электроэнергию. Это решение было принято на сходе села с согласия местных жителей.

Вода по селу пошла, а с оплатой потребители не спешили. «Взрывпром» в течение 3-х с половиной лет выставлял счета за электроэнергию, но из 97 тысяч рублей население оплатило только 9,5 тысяч. Действительно, Лидия Ивановна была в Верх-Баранголе, озвучивала эту сумму и предлагала населению решить, будет ли сумма задолженности распределена по количеству семей или по количеству жителей, ведь в одной семье может проживать как один человек, так и шесть. Даже если учитывать только количество семей, выходит, что семья должна оплачивать одну тысячу рублей в год или чуть больше 80 рублей в месяц, а это, по мнению главы, не так уж и много.

Сотрудничество со «Взрывпромом» - вынужденная и временная мера, позволяющая пользоваться водой, но как только появится возможность, агентский договор с организацией будет расторгнут. Мало того, если население в ближайшее время не закроет задолженность, то рискует и вовсе остаться без воды.

Ни о каком мошенничестве, естественно, речь не идет. Непонятно только одно: почему агентский договор на подписание Марии Фок был доставлен годы спустя?

Что касается промерзания водопровода, то оно, по словам Лидии Ивановны, невозможно. Если бы воды в колонках не было, глава поселения, как и обещала на сходе, привозила бы воду Марии. Проблема промерзания воды решена администрацией с помощью греющего кабеля с минимальными затратами на электроэнергию.

Вода, свет… Эти вопросы волнуют всех. Особенно активно поднимает эти вопросы Андрей Астафьев. В Усть-Семе с 1997 года, стоял у истоков водного туризма района и до сих пор в нем. О своей общественной роли Андрей не задумывался, пока не столкнулся с проблемой водоснабжения. Водопровод прошел рядом, но на Трактовую улицу к нему так и не попал. Андрей обратился к Лидии Ивановне с предложением пробурить на его участке 20 метров, он же со своей стороны подведет воду к соседним домам. Лидия Ивановна ответила отказом.

Возмутился, когда за пользование колонкой, с его слов, с него брали по 50 рублей в месяц (и снова без предоставления квитанции об оплате…) С других брали около 30 рублей, а ему якобы говорили: «Тебе что, жалко денег, что ли?» А он отвечал: «Да, жалко».

К счастью, теперь у него своя скважина, позволяющая качать из недр земли хоть по 12 тонн воды в день, и вопрос об оплате 50-ти рублей не стоит. Однако, вспоминая об инциденте, Андрей в выражениях не стесняется. Не тот он человек, чтобы мириться с несправедливостью.

По поводу воды Андрей обращался в прокуратуру, письма писал, в которых поднимал вопрос о лицензировании водонапорных башен, построенных еще при Сталине. Башни в опасной близости к жилым и хозяйственным постройкам – это неоспоримый факт, но ни глава поселения, ни прокуратура пока ничего с этим поделать не могут. Качество воды, тем не менее, регулярно проверяют с помощью обязательных проб и экспертиз. Процедура обходится администрации в сумму от 12 до 18 тысяч рублей в зависимости от качества воды.

О 50-ти рублях, упомянутых Астафьевым, и завышенных ценах за подведение воды в дом Шмаковым Лидия Ивановна рассуждать не стала, сказала только: «Быть этого не может!» В укор главе поселения Астафьев и другие жители села ставят 3 гектара земли в привлекательной для развития туризма береговой зоне, отданных ею за водопровод. Лидия Ивановна уточнила: «Не 3 гектара, а два. Со скромным бюджетом сельского поселения приходится порой принимать и такие непопулярные решения».

В очереди на получение земельного участка в поселении стоит 407 человек. Сама администрация поселения во главе с Л.Прадед выдала только 33 земельных участка, остальные были выделены давным-давно и проходили при ней процедуру переоформления. Некоторые люди добивались своего права получить уже выделенный им ранее участок через суд.

95% выданных участков, утверждает Лидия Ивановна, принадлежит льготникам. Те, кто еще не получил участок, имеют шанс реализовать свое право в ближайшем будущем. Всем заявителям без исключения в обязательном порядке специалисты администрации выдают на руки копию заверенного документа, дабы ни одно заявление не потерялось.

Глава поселения как никто другой заинтересована в расширении границ села, ведь наличие участков в аренде и собственности означает увеличение налогооблагаемой базы. Глава заинтересована в том, чтобы владельцы участков не продавали землю, а сами строили на ней жилые дома. Чем больше участков застроено, тем лучше разбор воды, тем привлекательней микрорайон для проведения линий электропередач и дорог. В Верх-Баранголе, к примеру, немногим более 30 дворов, остальные участки пустуют, большая часть из них продана.

Лидия Ивановна в целом дает положительную оценку общей обстановке, сложившейся в поселении: вопросы электро- и водоснабжения частично решены, значительные участки сельских дорог отсыпаны, ведется подробный учет заявлений на предоставление земельных участков, идет подготовка к выдаче большого количества участков в новом микрорайоне и т.д. Возмущение сельских жителей, по мнению главы, может быть продиктовано желанием получить всё и сразу, но с бюджетом в 7 миллионов это «всё и сразу» очень трудно осуществить.

ОтменитьДобавить комментарий

Как Вы считаете, опыт какой из зарубежных стран подходит больше всего для развития туризма в Горном Алтае?