2. В круговороте времени

Владимир Торбоков
12.03.2013

Просмотров:

2207

(Начало здесь

ВСЁ началось с моего иска, вот его почти полный текст:

В газете «Комсомольская правда» 22 апреля 2003 года под рубрикой «Сказано!» опубликовано следующее высказывание Губернатора Алтайского края А. Сурикова: «Россия может почувствовать неудобство из-за проявления самого яркого национализма на границе с Китаем. Именно поэтому и возник вопрос об объединении Алтайского края с Республикой Алтай». Данная цитата является прямой речью – взята в кавычки и выделена жирным шрифтом, так же как и имя, должность его автора. Здесь же напечатан его портрет.

Далее комментируя свое высказывание, А.Суриков заявляет, что его как государственное должностное лицо беспокоит, «как обезопасить Россию от проявления национализма».

Эти высказывания высшего должностного лица Алтайского края в самой массовой в стране газете не соответствуют действительности: Республика Алтай и ее многонациональный народ всегда были примером мира и согласия в Российской Федерации. Являясь заместителем Председателя Правительства Республики Алтай, по распределению обязанностей отвечающим за межнациональные отношения, знаю об этом не понаслышке. Голословные обвинения в проявлении яркого национализма, угрожающего безопасности России, носят оскорбительный характер и ведут к разжиганию национальной вражды между народами, проживающими в Республике Алтай. В соответствии с пунктом 1 статьи 29 Конституции Российской Федерации не допускается пропаганда или агитация, возбуждающие национальную ненависть и вражду.

Случай не первый и не последний. Выступая 28 апреля 2003 года по государственному телеканалу «Россия», А.Суриков прямо заявил, что недопустимо само существование на окраине России национального образования, так как это может привести к ее распаду, сравнивал Республику Алтай с Северным Кавказом и т.д.

Вместе с тем, распоясавшийся политик преследует, на мой взгляд, всего лишь корыстные цели. Умысел очевиден: у губернатора в марте 2004 года заканчивается второй срок нахождения у власти. Объединение Республики Алтай и Алтайского края и создание нового субъекта, как он предлагает путем референдума в декабре текущего года, даёт ему возможность вновь участвовать в выборах. Запугивая национализмом, он надеется на референдуме заручиться поддержкой русской части населения Республики Алтай, составляющего 2/3 населения.

Считаю, что в деяниях А. Сурикова содержится состав преступления, предусмотренный статьей 282 Уголовного кодекса Российской Федерации, а именно: являются действиями, направленными на возбуждение национальной вражды, совершенными с использованием средств массовой информации.

Обращаюсь к прокурору Республики Алтай с настоятельным требованием возбудить уголовное дело в отношении А.Сурикова.

Если правоохранительные органы и далее будут смотреть сквозь пальцы на сепаратизм, поощряя тем самым нападки на федеративные устои России, я буду вынужден обратиться к международным организациям за защитой чести, достоинства и будущего алтайского народа.

5 мая 2003 года.


Я привел подробный текст для полноты восприятия происходивших в те дни словесных сражений на информационном поле. Иск я вручил лично прокурору республики А.Волкову. Пригласил его к себе в кабинет и попросил возбудить дело республиканской прокуратурой, а не передавать в краевую. Там, само собой, всё спустят на тормозах.

Прокурор был явно удручен. Он сразу признался: если начать тяжбу с всемогущим губернатором, то нам обеим несдобровать. В первую очередь пострадает он, на его служебной карьере поставят крест. Я настаивал: пора что-то сделать в пользу республики, где он так вольготно устроился.

Разговор перешел на высокие тона. Признаюсь, я пытался его даже слегка припугнуть. Например, предать гласности кое-какие мелочи, типа бассейна по утрам в дирекции бывшего экорегиона «Алтай», где за купание ни копейки не платится. В общем, кое-как договорились. Он обещал возбудить уголовное дело, но слово своё не сдержал. Всё было перенаправлено в краевую прокуратуру.

А.Суриков поначалу всё стал валить на журналистов. Они, видите ли, спровоцировали его на такие заявления. Следователи ретиво взялись за журналистов. Всех, кто бывал на пресс-конференциях с участием губернатора края, допрашивали по нескольку раз. Когда стало ясно, что перевести стрелки на пишущую братию не удастся, губернатор начал каяться и просить прощения у алтайского народа.

ПО ПРИМЕРУ губернатора края в те дни многие начали поносить нашу республику. Не только политики, но и творческие люди изощрялись, как могли. Иные артисты, писатели, журналисты, художники – начисто забыв, что в Горном Алтае их любили и уважали – хулили нас почём зря. Помните, что говорил он о нас заслуженный художник Ф.Торохов? В интервью газете «Коммерсант» он обозвал алтайцев деградирующим и вымирающим этносом из-за массового пьянства. Потому настаивал скорее лишить нас статуса республики, будто это сделает нас трезвее. А мы-то чествовали дорого гостя! Организовывали ему в краеведческом музее всевозможные выставки, делали дорогущие заказы на портреты чуйских чабанов. В итоге, кроме оскорблений, он не нашёл других слов в наш адрес. Художники по свое натуре люди свободные, но когда отдельные «прикормленные особи» начинают пресмыкаться перед начальством, такая картина выглядит особо удручающе.

Наперегонки с губернатором действовал спикер краевого заксобрания А.Назарчук, пытаясь через сессию протащить идею референдума. Он без зазрения совести упрекал главу нашей республики за произнёсенную клятву наряду с русским и на алтайском языке. Узрел в этом признаки вопиющего национализма.
Перед Назарчуком и Суриковым тогдашние наши начальники явно преклонялись. Может, пора уже напомнить, как один ярый борец с «барнаулизацией» нашей республики, нарядив губернатора края в алтайскую шапку, покорно преподнес в подарок ещё и плеть – знак власти над собой. Таким, как он, без разницы – кому вручать плеть: гостям из Барнаула или Урумчи.

Угроза уголовного преследования главного в крае начальника немного остудила горячие головы. Очередная попытка всё валить на алтайцев, выставляя их виновными во всех смертных грехах, на сей раз провалились. Вспомним судьбу Г.Гуркина и других основателей нашей государственности. Их казнили как «японских шпионов». Немало тех, кто верит этому до сих пор. Не случайно их дела вновь засекретили.

Вскоре А.Суриков, которого поддержали все партии, с треском провалил выборы. Разбил его в пух и прах не кому-нибудь, а эстрадный шутник. Опозорившегося политика послали чрезвычайным и полномочным послом в Беларусь. Не думаю, что человек, сумевший рассорить два соседних региона, умело налаживает дружбу двух братских народов. Вот вам недавний пример:

Посол России в Белоруссии демонстрирует поспешность в комментировании проблемных вопросов белорусско-российских отношений, проявляя неосведомленность. Об этом 15 января на пресс-конференции в Минске заявил Александр Лукашенко, – сообщил на днях корреспондент информационного агентства REGNUM. – Лукашенко раскритиковал посла России в Белоруссии Александра Сурикова, комментировавшего тему поставок российской нефти в Белоруссию. По мнению руководителя Белоруссии, посол России выглядит иногда в своих рассуждениях странным человеком, экзотичным и мало информированным.

Мне он тоже казался на посту губернатора весьма странным человеком…

ВОТ ЕЩЁ ОДИН
 документ – фотокопия постановления Горно-Алтайской прокуратуры. Это вторая, оборотная сторона листа. Здесь само решение о том, что прокуратура не находит в моей статье признаков национализма. И отказывает в возбуждении уголовного дела ввиду отсутствия состава преступных деяний.



На первой станице приведены пояснения известных в республике журналистов по поводу моей статьи. Они все, в том числе и главный редактор «Алтайдын Чолмоны» Т.Туденева, поддержали мою сторону. Только А.Ивашкину из «Звезды Алтая» показалось, что применённые мною речевые обороты весьма подозрительны.

Показания этого бдительного товарища в дальнейшем сыграли роковую роль в обвинении А.Кубашева. Его осудили по самой оскорбительной для журналистского сообщества статье – введение цензуры. Вся его вина заключалось в требовании равного освещения деятельности главы и парламента на страницах официальных газет. Алтай был председателем комитета по информационной и национальной политике. В то время заигравшемуся в «ханство» М. Лапшину депутаты готовили импичмент. Даже спикер парламента Э.Яимов открыто голосовал за его отставку. Тогдашний главред «Звезды» посчитал, что с главным аграрием страны вскоре будет покончено, и потому выпускник танкового училища действовал напролом. В газете материалы о нем стали появляться на заднем плане. Так сломали судьбу талантливому журналисту, выпускнику факультета журналистики МГУ имени Ломоносова. А теперь удивляемся, где наши журналистские кадры?

В прокуратуре не всё сразу пошло гладко. Я отказался отвечать на вопросы заместителя республиканского прокурора. Сказал, что требую суда, и там буду выяснять отношения с прокурором республики. Сравнил бездействие А.Волкова в отношении А.Сурикова и редкостную прыть в преследовании меня. Тогда проверка по моей статье была поручена городской прокуратуре.

Вначале у закрепленного за мною следователя меня несколько насторожила его фамилия. Она заканчивалась на «-ян». Нет, я не стал писать по этому поводу плакат и не полез в пикет на центральной площади нашего городка. Я лишь обратился к прокурору города с вопросом, если ли у этого следователя опыт ведения подобных дел? Городской прокурор был полным тёзкой республиканскому прокурору, с которым я крепко поссорился, только фамилия у него была алтайская. Он заверил, что следователь подобран по принципу «ни нашим, ни вашим». На национальность следователя уповала сама прокуратура, потому об этом и упоминаю.

Со следователем мы поладили. Я писал свои пояснения, он опрашивал известных журналистов, заказывал экспертизы. К слову сказать, преподаватели кафедры политологии ГАГУ отказались давать оценку моей статье. Они посчитали это чистой воды политикой, и потому не хотели оказаться меж двух огней. Экспертов пришлось нанимать на стороне. Следователь добросовестно выполнял свою работу. Да вот незадача: его оправдательные решения тут же отменяли и заставляли всё делать по-новому.

Это было на руку М.Лапшину. Здесь глава, и прокурор, недавно публично обзывавшие друг друга некрасивыми словами, действовали заодно. Напомню, когда прокурору не удалось на суде отстоять возбужденное им уголовное дело за последствия от землетрясения в отношении неопределенного круга лиц, глава при журналистах прокурорские очи сравнил со… свинячьими! Стоит, мол, моргает своими свинячьими глазками, и ничего не может сказать. Тот обиделся и через СМИ строго назначил срок для принесения публичных извинений. Сроки все вышли, а извинений не последовало.

Опытному политику М.Лапшину не хотелось, чтобы в стране прослышали, как от него по своей воле ушёл его зам, ведающей идеологией. Это был бы удар по его репутации. Потому он легко согласился с прокурорской выдумкой об антисемитизме. Когда он подписывал моё заявление по собственному желанию, писал указы о внутреннем переводе, об этом не было и речи.

ТОГДА я хотел только, чтобы быстрее состоялся суд. Я бы легко доказал свою непричастность к оскорблениям «избранного народа», и многим газетам пришлось бы писать опровержения на свои статьи. Даже не задумывался над последствиями, если дело дойдёт до суда. В бытность председателем комиссии по госнаградам, помню, возвратили из представительства президента наградные документы на одного видного руководителя. Оказалось, в лихие 90-е против него было возбуждено уголовное дело за невыплату вовремя заработной платы работникам его хозяйства. Был суд, и там выяснили: его вины нет. Тогда у всех были задержки зарплат. Он был оправдан за отсутствием состава преступления, и уже сам забыл про это дело. Но суд-то был! И неважно, чем он закончился. По положению таких людей нельзя представлять к государственным наградам. Клеймо судимого остаётся на всю жизнь. То же самое случилось с одной известной певицей.

Следователь, в способностях которого я поначалу засомневался, в очередной раз вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела и заверил меня: если на сей раз вновь отменят его решение, он откажется от этого дела. Сделал копию постановления для меня, хотя это и не положено было. Сказал, что в будущем может пригодиться. На сей раз точка была поставлена окончательно.

Наши пути-дороги пересеклись с ним ещё разочек накоротке. Узнав, что я неплохо разбираюсь в национальных и религиозных вопросах, как-то он попросил меня быть консультантом в подобных делах. Я отказался, припомнив один нехороший его поступок.

Моему переводу на более спокойную работу домочадцы были только рады. Но я не говорил им про прокурорскую проверку, не хотел понапрасну тревожить их. Для прокуратуры это был шанс психологически надавить на строптивого свидетеля. И они пошли на такой шаг. В воскресенье, на пасху, звонят мне домой. Меня дома не было, следователь разговорился с моим сыном-школьником. После «воскресе!» спрашивает между делом, не забыл ли его папа, что в понедельник его ждут в прокуратуре? Я ни разу не опоздал на вызовы. О встрече на понедельник договорились накануне. В конец концов, могли позвонить мне по сотовому телефону. Но, видимо, в той конторе кое-какие «нквдышные» замашки ещё не забыты.

В том же ключе действовала помощница прокурора республики З.Тысова. Она подбрасывала в федеральные СМИ сведения по моёму «делу». Я специально сходил к ней и спросил: зачем она это делает, пока же ничего не выяснено? Этим занимается не республиканская, а городская прокуратура. Она пояснила, что выполняет личную просьбу прокурора. А просьба начальника для неё сродни приказу. Я напомнил ей: сегодня я попал в беду, завтра подобное может случиться и с нею.

Так оно и вышло. Вскоре её с супругом заодно в одночасье выставили из прокуратуры.

(Продолжение следует).

 

ОтменитьДобавить комментарий

Как Вы считаете, опыт какой из зарубежных стран подходит больше всего для развития туризма в Горном Алтае?