Возвращение «Алана»

Екатерина Сергеева
03.02.2014

Просмотров:

1239

Писатель Эркемен Палкин более четверти века назад сам выбрал режиссера для будущей постановки своего романа «Алан». Подарил книгу Николаю Паштакову, с надписью на титульном листе, в которой выразил свое пожелание – увидеть пьесу «Алан» в его режиссерской трактовке. Спектакль ставится сегодня, в юбилейный для писателя год. Совсем скоро на сцене Национального драматического театра свершится сюжет одного из лучших прозаических произведений Эркемена Палкина. И тогда мы скажем, что возвращение «Алана» случилось! У нас в гостях – Заслуженный деятель искусств Республики Алтай Николай Паштаков.


- Николай Федорович, вы ждали момента, когда повод для постановки станет более оформленным?

- Да, ждал. Осенью прошлого года, когда мне предложили написать пьесу, я сразу согласился и стал работать. Перед новогодними праздниками она была закончена, и вскоре руководство театра предлагает взяться мне за постановку. В связи с этим я очень благодарен министру культуры Владимиру Егоровичу Кончеву, поскольку он стал одним из инициаторов этого предложения.

Еще раньше, к 65-летию Победы я уже готовил отрывок из этого романа, сцену между бывшим военнопленным Тарыном и его женой Зоей, но ее тогда не удалось поставить – в планах оказался спектакль «А зори здесь тихие…» в постановке В. Лепилина. Но желание осуществить завет Эркемена Матыновича никуда не уходило. Понимал, что рано или поздно это все равно произойдет. Всему свое время, и вот этот момент сегодня настал.

- Вы не удивились, почему Эркемен Матынович адресовал вам свое пожелание?

- Это произошло в 1987 году. К тому времени я уже поставил на сцене нашего театра «Житие Чевалкова» и спектакль «Кто я?» по произведениям Бориса Укачина. Видимо, эти работы вызвали его доверие, поскольку общались мы с писателем совсем мало. Режиссер Антон Юданов ставил «Тубу» при жизни Лазаря Кокышева, Ногон Шумаров делал постановки по произведениям Аржана Адарова также при жизни автора. Жаль, что Эркемен Палкин не увидел свое произведение на сцене, но я рад, что все-таки для пьесы «Алан» пришло время.

- Какое впечатление произвел на вас этот роман?

- Когда прочел «Алана», то сразу влюбился в это произведение. Какие там замечательные характеры, удивительный язык! Старшее поколение наших актеров это произведение читало, а молодое, увы, нет. Конечно же, они должны знать этот роман, чтобы глубже понимать замысел автора, сюжет и характеры героев…

Замечу, что алтайская литература в мою жизнь пришла не сразу, ведь я родился и вырос в Кемеровской области. Когда учился в ГИТИСе на режиссерском отделении, свой преддипломный спектакль «Святая святых» Иона Друцэ я поставил здесь. После окончания учебы работал на киностудии «Мосфильм». Актеры и Ногон Шумаров снова стали звать меня сюда, и я согласился. Постепенно знакомился с алтайской литературой. Тамара Михайловна Садалова, моя супруга, стала первым переводчиком на алтайский язык написанных мною пьес, поскольку как автор я мыслю и пишу на русском языке.

- Насколько вы допускаете свои вторжения, так скажем, в сюжет?

- Как драматург в сюжетную линию романа практически не вторгаюсь, не нарушаю событийный ряд. Я двигаюсь по ступенькам развития событий и характеров согласно стилю романа. Другое дело, что оставляю за собой право расставлять акценты там, где считаю нужным. Проза и драматургия – разные жанры, надо хорошо знать законы сцены, чтобы подойти к постановке.

- Не вызывало сомнений, кто должен играть главную роль?

- Когда писал пьесу, то уже видел актера Алексея Синькова в роли главного персонажа. В моей постановке «Сыновья Солтона» Алексей играет младшего брата Урата. Еще тогда понял, что он способен сыграть настоящего героя. Мне кажется, в Алексее эти черты заложены от природы. В сказке «Каан Уулы – Сары Тайгыл» он также – главный герой. Есть желание когда-нибудь поставить пьесу про юные годы Чингисхана, и этого же актера я вижу в роли Тэмучина.

- Не возникло трудностей с распределением остальных ролей?

- Не было сомнений, что Алана будет играть Алексей Синьков, Тырына – Александр Майманов, а председателя колхоза Тантыбарова – Игорь Тодошев. Был уверен также, что Аржан Товаров исполнит роль старого табунщика Дьумура. Это потрясающий актер с колоссальным чувством юмора! Ему отлично удаются возрастные роли – то, как он их делает, для меня остается тайной.

Были трудности с выбором актрис на роли Зои, Чепчек и Экчебей, но теперь все на своих местах: Зою репетирует Ирина Майманова, Чепчек – Эльмира Челтенова, а Шене – Арунай Тазранова. Актеры, не сомневаюсь, все сделают. Трудности – а они касаются технической части – в процессе работы над «Аланом» тоже возникают, но мы их преодолеваем. Художественный руководитель Эмма Александровна Иришева очень помогает в этом.

- Насколько полно будут задействованы механизмы сцены?

- Сцена будет по максимуму усечена. Мы так решили с художником этой постановки – Сергеем Дыковым. Действия будут проходить на переднем плане. Для меня всегда очень важен именно крупный план.

- Кто работает над музыкой для спектакля?

- В свое время, когда ставил «Сыновья Солтона», Тюрункин Анатолий Булданович написал потрясающую музыку к этой постановке. И, конечно, я его с радостью пригласил к работе над «Аланом». Музыки в спектакле будет много.

- У каждого режиссера свой подход. Вы, насколько знаю, требуете от актеров особо тщательного разбора характеров.

- Это обязательная работа, и в ней проявляется профессиональная ответственность. Актеры должны не только слушать режиссера, но и постоянно работать над образом. Фантазировать, воображать своего героя. Включать в игру подсознание. А режиссер должен вести актера. Актер как мастер растет благодаря роли.

- Вы поставили много спектаклей. Каждая новая работа дарит чувство окрыления?

- Да, иначе никак. А еще думаешь так: ну кто, если не я? Вспоминаю Расула Гамзатова, который сказал, что поэт умирает только тогда, когда он успокаивается. Каждое новое произведение – это новый перевал и новые трудности. Какой бы ты ни был профессионал, сложности всегда есть. И, как говорят: самый лучший спектакль – тот, который еще не сделал. Режиссер Галина Волчек недавно в интервью сказала, что каждый провал был для нее уроком на будущее. И у меня так же.

- Трудно представить, что сегодня, в пору «заслуженного отдыха», вы могли бы отказаться от творческих затей и абстрагироваться от дел театральных.

- Это, конечно же, невозможно. Бронтой Бедюров убежден, что творческие люди «никогда на пенсию не уходят». И я с ним согласен. В прошлом году, на Дне работников культуры, мне вручили премию по драматургии за работу над спектаклем «Долина дьявола» по произведениям П.В. Кучияка. Еще раньше был премирована также в номинации «национальная драматургия» постановка «Сыновья Солтона». Так что у меня нет ощущения, что пуповина с театром обрезана.

- Чьи работы в алтайской драматургии для вас остаются самыми-самыми?

- Для меня мои коллеги Антон Юданов и Ногон Шумаров всегда были мастерами сцены. В свое время, когда меня назначали главным режиссером театра, у нас никогда не было споров и конфликтов. У Антона Юданова – абсолютное чувство формы, пластики, Ногон Шумаров – ярчайший выразитель алтайского менталитета. Я благодарен судьбе за то, что они – мои современники. Очень жалею, что нет сейчас в нашем театре Ногона Шумарова. В Москве он нужен, но и здесь – тоже.

- Над чьими произведениями хотелось бы поработать?

- Мой любимый автор – Чингиз Айтматов, и я готов работать над всеми его повестями.

- Вы сталкивались когда-нибудь с тем, что национальные ценности и традиции отвергают какие-то темы?

- Я как-то разговаривал с одним азербайджанцем… Спросил, поставят ли они «Грозу» А. Островского на своей сцене? Он ответил, что нет – разве замужняя женщина может полюбить другого мужчину? Вера не позволяет повернуться к таким темам. Традиции и ценности – огромная сила. Я смотрю на кавказский народ – у них ведь нет домов престарелых и инвалидов. Почему? В народе веками культивируется уважительное, достойное отношение к старшим. Там просто унизительно иметь дома престарелых. А у нас?

- Режиссер определяет в значительной степени творческий путь актера. Важность осознания этого есть в вас?

- Конечно! И мне, например, радостно, что супруги Маймановы в «Алане» сыграют семейную чету. Это мой режиссерский «подарок» им в этом году…

Вспоминаю спектакль «Прошлым летом в Чулимске» по А. Вампилову. Это было в конце 80-х. В нем были заняты Антон Юданов, Расул Укачин. Следователя Шаманова сыграл Александр Чекурашев. Перед уходом из жизни он давал интервью, и когда его спросили про любимые главные роли, он назвал два моих спектакля. Это «Святая Святых» и «Прошлым летом в Чулимске». Для режиссера такие признания, поверьте, дорогого стоят.

Николай ПАШТАКОВ. Заслуженный деятель искусств, член Союза журналистов и Союза писателей России. Автор пьес «Белый пароход» по Ч. Айтматову; «Мен кем?» («Кто я?») по Б. Укачину; «Житие Чевалкова» по М. Чевалкову; «В долине дьявола» по П. Кучияку; «Сыновья Солтона» по Б. Бедюрову; «Сары Тайгыл – каан уулы» по алтайской сказке; «Алан» Э. Палкина, «Уэлен-Катун-Мать Чингисхана»; «Степь, стосковавшаяся по народу своему».

Автор радиопьес: «Атилла», «Легенда о Манкурте» по Ч. Айтматову, «На снежных вершинах» по Л. Кокышеву, «Озеро горных духов» по И. Ефремову, «Слово вечного камня» по древнетюркской поэзии и других.

Автор театральных постановок: «Святая святых» И. Друцэ; «Дикий ангел» А. Коломийца; «Кошка, которая гуляла сама по себе» по Р. Киплингу; «Прошлым летом в Чулимске» А. Вампилова; «Белый пароход» по Ч. Айтматову; «И никаких японцев!» Юрия Рытхэу; «Кто боится Вирджинии Вулф» Э. Олби; «Романтики» Э. Ростан; «Кто я?» по Б. Укачину, «Житие Чевалкова» по М. Чевалкову; «Сыновья Солтона» по Б. Бедюрову; «В долине дьявола» по П. Кучияк, «Кот Леопольд» по А. Хайту и др.

Автор мультипликационного фильма «Кот и мышь» по К. Тепукову (ГТРК «Горный Алтай»).

 

ОтменитьДобавить комментарий

Как Вы считаете, опыт какой из зарубежных стран подходит больше всего для развития туризма в Горном Алтае?