Елена Гримм: «Меня привела сюда дружба...»

Екатерина Сергеева
04.05.2012

Просмотров:

2282



Итак, у нас театральная премьера — постановка «Ступеньки, ведущие в небо» по роману Кобо Абэ «Женщина в песках», которую режиссирует Елена Гримм, специально для этого приехавшая из Якутии. Елена работает в знаменитом Саха театре имени Платона Ойунского, выбрав для себя направление Театра Олонхо, развивающегося во благо сохранения главного духовного жанра республики. Помня о негласной режиссерской традиции — не говорить слишком много о нынешней премьере, мы беседуем с нашей героиней о том, что составляет сегодня ее творческую жизнь и тех истоках ее души, к которым она постоянно возвращается в своих театральных работах, позволяя ей быть максимально искренней...

 

 

— Елена, поделитесь, почему выбор пал именно на это произведение для постановки?

— Все началось, когда я училась на театрально-режиссерском отделении Арктического института культуры и искусств вместе c Эммой Иришевой у Андрея Саввича Борисова. На третьем курсе прочла культовый японский роман Кобо Абэ «Женщина в песках» и поставила маленький этюд по этой теме. Как раз там и играла Эмма Иришева — длинноволосая алтайская красавица. Тогда всё было ограничено этюдом, и теперь мне бы хотелось, чтобы в спектакле, который увидит ваш зритель, она сыграла до конца свою роль. В 2006-м дипломный спектакль мной был поставлен именно по этому произведению — в нем играли актеры Саха театра.

— Как «ложится» материал на наших актеров?

— Хорошо, но... несколько иначе...

— В чем разница?

— Скажу одним словом. Ваш народ — горцы, это очень ощущается. Когда я поднялась на гору здесь, я почувствовала вот эту свободу духа, чувство, что вот-вот — и взлетишь... Горцы — особенный народ, они на вершине!

— У каждого театра своя аура. Как вы воспринимаете наш театр?

— Когда я впервые подъезжала к зданию Театра, увидела его стремящийся к небу голубой граненый купол, то подумала, что все мы находимся под одним голубым небом Тенгри... На мой взгляд, художественный руководитель театра Эмма Александровна создает здесь со своими актерами театр с полным ощущением того, что она делает. Я очень благодарна ей за приглашение и за то, что она показала мне свой Алтай. Мы с ней — друзья, и именно эта дружба, которая родилась в далекой суровой Якутии, привела меня сюда.

— Насколько ваш педагог, режиссер Андрей Борисов влиял и продолжает влиять на ваше творчество?

— Когда мы поступали учиться, он не хотел нас брать, говоря, что не бывает режиссеров-женщин. Позднее это его убеждение изменилось, и он сам об этом нам сказал. Для нас он больше чем просто учитель, его особый творческий дух мы ощущаем всегда. Его легендарную постановку «Желанный берег» я имела счастье видеть, когда ее играли еще в первом составе. Второй состав — это уже другой спектакль, но не в смысле того, что плохой. Просто его сыграло сегодняшнее поколение людей, которое выросло в другой эпохе, и энергетическая составляющая спектакля тоже, конечно, изменилась...

— Этот спектакль был поставлен в советское время, которое, вопреки идеологии, оказалось очень плодотворным для многих художников всех жанров. Что является для Вас основой, на которую может опереться Ваше творчество, ставя какие-то нравственные задачи сегодня?

— Всё связано, и человек рождается на свет, не начиная с «чистого листа». Без прошлого нет будущего, всё тянется из глубины веков. В нашей культуре есть олонхо-закодированное послание наших предков. Это — вершина нашей культуры, всё заложено там — прафилософия нашего народа, его духовно-нравственные ориентиры.

— Расскажите о вашем Саха театре...

— В театре работают три действующих якутских режиссера Андрей Борисов, Сергей Потапов, Руслан Тараховский и тувинский режиссер Сюзанна Ооржак. В год ставится пять-шесть новых постановок, не считая детских спектаклей. Зритель очень хорошо ходит в театр, и это не может не радовать... Сейчас я стала работать в Театре Олонхо. Это отдельно созданный театр, который пока находится в здании Саха театра. Олонхо — мой сознательный выбор. У этого жанра особое исполнение — в манере «тойук» с его неизменным «кылысах». В советское время олонхо было запрещено, но теперь мы возрождаем его эстетику. Олонхосуты были всегда, и народ сохранил свои традиции. Кстати в любительских, народных театрах об олонхо никогда не забывали, даже моя бабушка тоже исполняла на сцене... Когда этот жанр был причислен к Шедеврам Юнеско, то им еще больше стали заниматься, и молодежь также потянулась к нему...

— Какие театры мира вам близки?

— Очень нравится театр Петра Фоменко. Он — один из моих любимых режиссеров. Люблю театр Питера Брука в Париже. Я была там несколько раз. Когда попала туда впервые, мне удалось посмотреть одно действие. Я смотрела его стоя — мест не было. На сцене сидела старушка — актриса, очень красиво в полумраке что-то говорила, тихонько раскачиваясь на стуле. И потом, когда она сделала вот такой плавный взмах рукой... Знаете, я воочию ощутила в тот миг, что такое священный театр и священнодействие...

— Елена, что мечтаете поставить?

— Хотелось бы поставить Шекспира - «Гамлета» и чеховскую «Чайку» …

— Почему Вы выбрали театр для себя «путеводной звездой»?

— Театр связан с душой народа, с жизнью человеческого духа. Его задача — сохранять исконные традиции посредством таланта ярких представителей народа... Когда маленькая была, у меня была книга — эпос «Олонхо». Я рассматривала ее, и, даже не читая, испытывала уже некое странное завораживающее чувство. Знакомство с театром росло — от театральных буклетов и фотографий актеров — до спектаклей...

— Что Вы хотите сказать своей новой постановкой?

— Сегодня в жизнь человека ворвалась «суета». Погоня за призрачными, какими-то созданными им самим же ориентирами... И в этой вечной суете он невольно забывает про истинное — ради чего он живет. А важно то, чтобы человек вдруг остановился, заглянул внутрь себя и пусть хоть на долю секунды ощутил в себе душу...

— Вы производите впечатление гармоничного человека... Есть ли у вас внутренняя режиссерская философия, позволяющая работать в ладу с собою, актерами?

— Я родилась и выросла в якутской деревне... Помню вот это впечатление, когда просыпаешься: утро, пробуждение, солнечный, очень яркий красивый свет. Я босиком иду и умываюсь чистой-чистой холодной водой. Или — воспоминания о небе, которое вижу сквозь высокую траву, когда идет сенокос... И запах, ни с чем не сравнимый запах свежескошенной травы... Это самые счастливые воспоминания. Ощущение чистоты природы, идущее от истоков, — сохраняется во мне. И эту «интонацию» я стараюсь провести через все свои спектакли...

— Для Вас важно выдерживать жизнеутверждающую позицию в творчестве?

— Конечно, обязательно! Есть разные приемы, можно и от обратного привести человека к катарсису... Сегодня много спектаклей, я видела разные... Иногда видела, как люди вставали и уходили, оскорбляясь. Но ведь и жизнь такая разная — на всех уровнях. Но, что бы ни происходило, «свечка должна гореть». Так говорил учитель Андрея Саввича — Андрей Александрович Гончаров… Хоть в кромешной тьме, но свечка должна быть, чтобы человек чувствовал себя человеком.

— Чего Вы не воспринимаете в театре?

— Я не понимаю, когда на сцене происходит ложь и фальшивая игра...

— У Вас есть любимые режиссеры, актеры?

— Андрей Тарковский... Его фильмы всегда пересматриваю вновь и вновь. Из последних впечатлений актерского исполнения вспоминается Константин Райкин, игравший Ричарда III в «Сатириконе».

— Ваш супруг — немец. Разность культур не является принципиальным «водоразделом» в общении?

— У него первое образование экономическое, а второе — актерское. Мы познакомились с ним в Якутии, он приехал сюда, потому что интересовался шаманизмом и ритуальным театром. Кстати, в «Чингисхане» Андрея Борисова он сыграл миссионера. Когда мы встретились, он вообще не знал русского языка. Мы общались через словарь, но впоследствии поняли, что есть эта энергия, которая является языком любви... Он творческий и непростой человек — очень чутко воспринимающий искусство и жизнь... Иногда мне кажется, что в одной из прошлых жизней он был азиатом — настолько душа его направлена к нашим народам. Я шесть лет жила в Германии, там родились двое наших детей. Но возвращалась на родину, ставила спектакли. Теперь уже год как мы здесь, и планируем дальше остаться...

— Какие-то оценки творчества на том или ином уровне радуют?

— Мой спектакль-олонхо «Милосердный богатырь», поставленный в якутском ТЮЗе в 2009 году, был номинирован на «Золотую маску».

— Что бы вы пожелали нашему театру?

— Чтобы в творческом плане он еще больше и больше рос и был колыбелью, сохраняющей традиции... Сегодня всё зависит от политики, поэтому и большего внимания к театру от властей хотелось бы пожелать. Огромное спасибо моему другу Эмме Иришевой за это приглашение, благодаря которому состоялось мое знакомство с Алтаем и вашим театром!

 

ОтменитьДобавить комментарий

Как Вы считаете, опыт какой из зарубежных стран подходит больше всего для развития туризма в Горном Алтае?