Два рояля за кулисами театра в Горно-Алтайске

Екатерина Сергеева
16.02.2015

Просмотров:

1946


«Старый рояль весь в испуге, раньше играл он только фуги, он весь дрожит от страха, не слыша Баха… Когда этих клавиш коснётся рука, тогда улетает из сердца тоска, со мной ты разделишь и грусть, и печаль, мой старый, усталый рояль…» Помните песенку из фильма «Мы из джаза»? Сегодня, так уж сложилось, мы будем говорить о двух инструментах. В Национальном театре, за кулисами, стоят они – старый красный рояль советского производства «Москва» и новый черный китайского производства «Кawai». И начались вокруг них в последнее время невеселые разговоры…

О «Москве» профи в музыке отзываются как об инструменте, который находится совсем в неважном состоянии. Несмотря на его капитальный ремонт, который был произведен около трех лет назад. Да, смотрится он все так же красиво со сцены, но эффектный цвет – не козырь, когда речь идет об исполнении. В последнее время наш «старичок» (а лет ему немало, если судить по меркам срока жизни роялей) чувствует себя особенно неуютно – ведь его невольно сравнивают с новым чёрным «китайцем». Тот гордецом стоит неподалеку и явно ощущает свое превосходство – на нем желают играть, его предпочитают ветерану этой сцены.

Черный «Кawai» появился в театре осенью. Откуда рояль? Подарили. Вся пресса после творческого вечера композитора Владимира Кончева «Музыка моей жизни» отметила в своих новостях, что директор Всероссийского хорового общества Павел Пожигайло подарил рояль «республике» (есть версии – «национальному театру»), тогда же вручив дарственный сертификат юбиляру. Но есть важный нюанс. Спустя время выяснилось, что дарение было адресное – именно Государственному оркестру республики. Значит, получается, что всем «послышалось», «показалось»… Бывает…

И вот недавно, в конце января, когда к нам приехали столичные гости давать концерт, иллюзии по поводу доступности использования нового инструмента были разрушены. Концерт был хороший. Один из исполнителей играл на старом красном рояле – чёрный не дали просто так. Музыканты, пришедшие на концерт в качестве зрителей, были в откровенном расстройстве. Стали обсуждать ситуацию, возмущаться. Приведу отрывок письма, прилетевшего ко мне как к ведущей рубрики в газете «Постскриптум». Автор попросил не подписывать его, дабы избежать возможных «репрессий».

«28 января в Национальном театре состоялся концерт симфонического оркестра Алтайской краевой филармонии с участием столичных музыкантов – Филиппа Копачевского (фортепиано) и Александра Рама (виолончель). Концерт проводился при поддержке министерства культуры Российской федерации в рамках программы «Звёзды XXI века». Сам факт появления в глубинке музыкантов такого уровня для нас – уже событие мирового масштаба! Концерт прошел великолепно, если не считать смазанного впечатления от качества инструмента, на котором пришлось играть Филиппу Копачевскому. Прекрасный музыкант, он, конечно, пытался передать всю прелесть романтики музыки Р. Шумана, но диссонансы расстроенного рояля заставляли болезненно морщиться музыкантов, сидящих в зале.

В прошлом году в Национальном театре наконец-то появился долгожданный новый концертный рояль, и музыканты города вздохнули с облегчением, что теперь-то не стыдно будет перед гастролирующими музыкантами за качество звучания инструмента, который уже давно отработал свой срок. Представьте наше удивление, когда вместо красавца чёрного рояля на сцене мы увидели красный… После концерта, разговаривая с музыкантами симфонического оркестра, я услышала бурю негодования, недоумения в адрес руководителя Государственного оркестра республики, на балансе которого находится новый концертный рояль. Директор симфонического оркестра возмущенно говорила о сумме арендной платы, которую запросил госоркестр республики за пользование роялем во время концерта, говорила о том, что никто, нигде и никогда, где бы они ни выступали, – не ставил их в такие условия. Это нонсенс!

Пришлось от имени всех музыкантов извиняться перед солистом и музыкантами из Барнаула за, не побоюсь сказать, такое непотребное отношение. Филипп Копачевский слушал, кивал, и весь его вид говорил о том, что «что взять с вас, убогих?» Ведь сам В.Е. Кончев, будучи министром культуры республики, утверждал, что осознаёт положительное влияние таких концертов на подрастающее поколение, на самих музыкантов-профессионалов, которым, как воздух, нужно свежее дыхание музыки извне. Надо принять, что не так часто к нам приезжают с концертами музыканты-гастролеры, и чтобы этот приезд не был единичным, нужно их хорошо встретить – качественным инструментом. Всего лишь. Нельзя зарабатывать деньги на воспитании культурного наследия… Стыдно, господа!»

Письмо эмоциональное. Для меня стало задачей четко выяснить – что не так с красным роялем и на каких условиях сегодня дают поиграть на чёрном.

Пианист с большим опытом Евгений Гасаев убежден, что играть на красном толком невозможно по следующим причинам. Не работают четыре клавиши: «соль» 3-й октавы, «до» 4-й октавы, «ля» и «си бемоль» субконтроктавы. Проваливается фа 4-й октавы. Западает «ми» большой октавы. Гудят все басы. Инструмент полностью расстроен. Инструмент не выдерживает нагрузки при исполнении произведений даже средней сложности – после пяти минут исполнения теряет строй, а механика настолько выведена из строя, что клавиши, которые могут быть восстановлены при настройке, вновь начинают западать, что проверено неоднократно в предыдущих концертных программах. Именно поэтому вынужденно на филармонических концертах на сцене театра использовалось вместо рояля электропиано, что невозможно при проведении, например, сольного фортепианного концерта…

Кто даст окончательное заключение пожившему инструменту? Художественный руководитель филармонии Лидия Карпова считает, что для этого нужно создать специальную комиссию, и что заняться этим должна дирекция Центра искусств, на балансе которой состоит красный рояль. Руководитель дирекции Центра искусств Николай Маиков подтверждает, что рояль в плачевном состоянии и что всякое движение для него губительно – еще больше расстраивается. Правда, он сказал, что после вышеупомянутого концерта со стороны выступавших артистов замечаний не было. Также я поняла из разговора с ним, что присутствие двух роялей за кулисами мешает, когда идут театральные постановки, и что он будет поднимать вопрос о перемещении чёрного рояля на какую-то иную территорию. Красный рояль в начале 70-х годов прошлого века был приобретен для пользования Национальным театром драмы. После реконструкции театра он абсолютно бесплатно мог использоваться любой из организаций, которая здесь находится.



Художественный руководитель госоркестра Игорь Кожеуров, в свою очередь, прокомментировал вопрос с прокатом нового чёрного рояля. Впрочем, слова «аренда» и «прокат», как он пояснил, не те слова, которые нужно употреблять в данном случае. Он открыл документы и углубился в тонкости.

— В последние недели, кажется, нет дня, чтобы тема о новом рояле не поднималась. Каждая организация имеет свою инвентарную книгу, где прописано имущество, закрепленное за ней. Рояль, подаренный госоркестру Павлом Анатольевичем Пожигайло, стоит на балансе у нашей бюджетной организации. Договор о дарении был заключен 18 ноября 2014 года. Инструмент стоит более миллиона рублей, и наша организация после подписания договора заплатила положенный по закону налог. На сегодняшний день мы обязаны инструмент содержать. Нам важно элементарно сохранить этот рояль, ведь мы его собственники.

У нас есть открытое положение о платных услугах госоркестра, в котором в настоящее время прописан и момент использования инструмента, о котором мы говорим. Настоящее положение разработано в соответствии с федеральным законодательством и уставом. Бюджетное учреждение в качестве юридического лица может осуществлять расширенную законодательством некоммерческую деятельность – для расширения представления услуг в сфере культуры и искусства, с целью получения дополнительных внебюджетных средств для укрепления материально-технической базы, стимулирования наших работников.

Концерты и платные услуги прописаны в положении, они не являются предпринимательскими, их доход фиксируется и отражается в договоре. В перечень таких услуг, например, входят: концерт госоркестра, оркестровка музыкальных произведений, переписка нот по тактам, копирование готовых оркестровых произведений для самодеятельных оркестров, настройка рояля, запись вокала и т.д. С тех пор, как у нас появился этот рояль и белое напольное покрытие, мы предоставление их в пользование стали также прописывать в услугах. Услуга – это не аренда. Любая организация может обратиться за услугой пользования. Так, для приезжих артистов использование нашего рояля в концерте составляет сумму в 25 тысяч рублей. Высока ли она?

Например, приезжали артисты, выступавшие в рамках проекта Фонда «Таланты мира». Цена билета на их концерты колеблется от 500 до 700 рублей. Зал полон, а в нем больше 400 мест. Что такое 25 тысяч с продажи всех их билетов, подумайте? Осенью эти приезжие музыканты выступали с нашим роялем, но это было перед заключением договора о дарении, и они нам не заплатили ничего.

Что касается наших артистов, то для них исполнение на нашем рояле в концерте останавливается на цифре 10 тысяч. В ближайшее время в филармонии будет сольный концерт Евгения Гасаева. Он заключает с нами договор, перечисляет эту сумму… Использование инструмента в проектах, связанных с хоровым искусством, конечно, бесплатное. То же самое, если речь идет о традиционном конкурсе «Юные дарования»… Такие услуги есть у любого учреждения, не только нашего. Когда у нас просят: «дайте поиграть», - мы удивляемся. Если бы речь шла о машине, и нас бы попросили дать покататься, и мы бы дали, это бы странно выглядело, – заключает Игорь Кажеуров.

Режиссера госфилармонии Сергея Горюнова такая ситуация откровенно возмущает – в отличие от ее художественного руководителя Лидии Карповой, которая не видит проблемы, считая, что госоркестр вправе распоряжаться своим имуществом по собственному усмотрению.

— Республике был подарен рояль, и это было объявлено во всеуслышание, сегодня же выясняется, что играть на нем можно только за деньги, – сетует С. Горюнов. – Я работал в разных концертных организациях и залах России, и не помню, чтобы когда-либо концертный рояль сдавался в аренду. Никогда такого не было! Это абсурд!

Но вернемся вновь к нашему старому красному роялю… Ему – за сорок, и надежд на то, что он будет справляться со своими функциями, как когда-то в пору своей молодости, практически нет. Вероятно, «Москве» можно вернуть былую звонкость, но тогда ремонт будет стоить больше, чем сам рояль. Вообще эти тяжеловесы среди инструментов требуют невероятно тонкого обращения. На одном из сайтов, предлагающих настройку, интонировку и сервис роялей и пианино, я познакомилась с условиями хранения и использования этих клавишных, и поняла, что они требуют очень чуткого внимания к своему состоянию. Температура и влажность – важнейшие учитывающиеся показатели при эксплуатации. Перевозки для рояля – стресс значительный. Настройка инструмента после длительного перерыва менее устойчива, чем при регулярном обслуживании. Пренебрежение обслуживанием и условиями эксплуатации рояля или пианино сильно сокращает его (и без того небольшой) срок службы. На инструменте, который плохо настроен и отрегулирован, крайне затруднительно отрабатывать правильную технику, динамические оттенки, разучивать новые произведения и вообще играть… Уфф...

Тема «искусство и деньги» – надводная часть айсберга в этой публикации. Если черный рояль не может быть таким же доступным для музыкантов, исполняющих на сцене театра, как старый красный, то, может быть, стоит дирекции театра поставить вопрос о приобретении нового инструмента – для «храма искусств»? Сама по себе она купить рояль не имеет возможности. Найдется ли у нашей республики миллиона полтора, чтобы осуществить замену «Москвы» или время (о! как это привычно!) позволит смириться с условиями, которые предлагают владельцы «Кawai»?

По материалам газеты «Постскриптум».

Реклама

1870

ОтменитьДобавить комментарий


Социальные комментарии Cackle
Чего не хватает для комфортного отдыха в Горном Алтае?